Дрожь

Я сбиваю снег с ботинок и иду вслед за Кертисом в квартиру.

– Как она? – спрашивает Кертис.

Я опять чувствую ком в горле.

– Плохо, – отвечаю я.

Он на мгновение закрывает глаза.

– Как я предполагаю, Саския в больнице не появлялась?

– Нет.

Кертис выражается непечатно.

– Я думаю, что с ней что-то случилось.

– Ты звонил ей на мобильный?

Хотя мало шансов поймать ее по мобильному: как и я, Саския редко берет с собой телефон на склон.

– Не отвечает, – сообщает Кертис.

– Значит, она не появилась на чемпионате Великобритании после того, как я уехала с Одеттой?

– Нет.

На меня накатывает чувство вины. Сегодня утром мне хотелось сделать ей больно. «Надеюсь, что ты сломаешь себе шею». А теперь, похоже, мое желание сбылось. Мне не следовало делать то, что я сделала.

Кертис смотрит на меня с любопытством.

– Что? Ты знаешь, где она?

– Нет.

– Когда ты видела ее в последний раз?

У меня горят щеки.

– Сегодня рано утром. Она ночевала у меня в квартире.

– Да?

Я вижу, как он удивлен.

– Мы последними ушли из бара «Сияние». – Я очень тщательно подбираю слова, потому что мне не хочется врать. – Для разнообразия мы не ругались и все шло очень хорошо. Мы шли вместе по улице и увидели Жюльена перед ее домом. Он что-то написал на ее почтовом ящике.

– Это он написал? – Кертис мрачнеет.

– Да. В общем, я пригласила ее к себе, и в конце концов она осталась ночевать. Она ушла около восьми утра.

– Если Жюльен с ней что-то сделал… – Кертис опять выражается непечатно и тянет руку к куртке. – Я собираюсь нанести ему визит.

Я хватаю его за руку.

– Это не самая лучшая мысль, – говорю я. Я же вижу, что Кертис сейчас в ярости.

Он прищуривается.

– Я серьезно, – продолжаю я. – Еще в тюрьму сядешь за нанесение телесных повреждений. Лучше позвони в полицию.

– Хорошо.

Он вырывает у меня руку и достает телефон.

Я жду, сидя на диване. Он говорит по-французски, поэтому я ничего не понимаю, но, судя по тону голоса, он спорит.

Он опять выражается и отключает связь.

– Они сказали мне, что нужно подождать два дня.

– А другие ее видели? – спрашиваю я.

– Каждый раз, когда я звоню Дейлу или Хизер, Дейл долго и громко возмущается и заявляет мне, что Саския сломала жизнь ему и Хизер, а после этого бросает трубку. С Брентом вообще происходит что-то странное.

– А почему он не появился на соревнованиях?

– Говорит, что вывихнул лодыжку.

Судя по виду, Кертиса одолевают сомнения, как и меня. В этом сезоне Брент получил сотрясение мозга, его долго беспокоила расколотая голень[49], а потом было еще много мелких травм, и ничто из этого не могло удержать его от катания. Кроме того, он совершенно нормально шел, когда я видела его несколько минут назад.