Дудочка крысолова

Перерезав горло стриженой и вырубив ее подругу, он вытащил мертвое тело из машины и бросил возле дороги, не дав себе труда даже замаскировать его, а живое перетащил на заднее сиденье. Вернулся к трупу, поставил метку, как полагалось, и сорвал с шеи цепочку – очередной трофей на память. Жаль, что не браслет, но не все они носят браслеты.

Начинало рассветать, и он заторопился. Сел в машину, не снимая перчаток, и, не спеша, поехал в сторону своего поселка. При мысли о том, какому риску он себя подвергает, его обжигало изнутри всплесками удовольствия. Он наслаждался своей наглостью, удачливостью, способностью кинуть вызов всем, идущим за ним по следу – а у него не было сомнений в том, что после сегодняшних ночных приключений за ним спустят всех собак.

Доехав до дома, он вытащил женщину, по-прежнему лежавшую без сознания, и, не таясь, понес ее в дом. Пожалуй, он был бы не против, если бы вышел кто-нибудь из соседей и увидел, что он делает. Ему почти хотелось этого. Это был бы вызов, проверка его реакции и хладнокровия, которыми он так гордился! Но никто не вышел и не увидел: он беспрепятственно занес ее легкое тело внутрь и оставил в комнате.

Подвал еще не был готов, требовалось кое-что доделать.

Перед тем, как отогнать машину, он все же переоделся. Его прежняя одежда была в крови, и, небрежно швырнув темный ком на пол, он достал из шкафа помятые джинсы, натянул футболку и вышел в прихожую – там на ящиках с антоновкой валялся забытый им после сбора яблок тонкий свитер. Новая пара тонких перчаток – и двадцать минут спустя он уже заглушил «Хундай» в тихом переулочке между покосившимися домами, из которого видна была железнодорожная насыпь.

Остальное заняло у него не больше пяти минут: протереть поверхности, посмотреть, не осталось ли волос, достать из пакета, который он захватил с собой, новые кроссовки на липучках – шнурки он не любил, слишком много возни. Присев за машиной, переобуться, и старую пару, подошвы которой были покрыты темными пятнами, сунуть в пакет. Кажется, все. Вытащив с заднего сиденья гитару, он сунул ключи от машины в нагрудный карман, окинул взглядом стоящие рядом дома. Никого… Чем ты откровеннее действуешь, тем шире улыбается тебе фортуна.

Когда-то он услышал афоризм: «Удача – это игра: чем дольше ты играешь, тем больше выигрываешь, и чем больше выигрываешь, тем успешнее играешь».

Каждая его охота только подтверждала это правило, и последняя – в особенности.

Он закинул гитару за спину, подхватил пакет со «сменкой», ухмыльнувшись этому школьному словечку, и правильным шагом направился в сторону шоссе, на ходу незаметно стаскивая перчатки. Одна крыса лежала, убитая, на обочине, и на загривке ее стоял знак Крысолова, другая ждала его дома, запертая в клетке.