Предатель. Ты променял меня на бывшую
— Где ты был, Юра? — сердце в груди сжимается от тревоги.— Я же сказал тебе идти спать, — произносит он.Зло произносит, раздраженно, грубо.Что вообще происходит?— Ты на что-то сердишься? Что я сделала? — шепчу я, нервно комкая в руках пояс от халата.— ………! — муж вдруг вцепляется пальцами в волосы, а его лицо искажает гримаса ярости. — Твою ж мать!Он с разворота ударяет кулаком по стене.Я в ужасе смотрю на оставшийся на белоснежной штукатурке кровавый след.Сердце готово выпрыгнуть из груди.— Я люблю другую женщину.Девять лет счастливого брака, надежная крепкая семья, пятилетний малыш Тёмочка, а наш папа… любит другую.
Теперь, наверное, можно, да?
Представляю, как эта сука сейчас обрадуется! Как будет торжествовать!
Как просто она выиграла! Влегкую. Просто взяла и забрала моего мужа.
Мужа, с которым я прошла огонь и воду. Которому я помогала с открытием его дела, поддерживала, переживала вместе невзгоды и трудности, любила, заботилась, гладила рубашки, готовила его любимые блюда, радовала всякими мелочами."
"Мужа, который был моей опорой и надежной стеной. Моим родным человеком, моим лучшим другом. Мужа, который каждый день делал меня счастливой.
Она его просто забрала.
А я отдала.
А что я могла сделать?..
Что вообще можно сделать с мужчиной, который любит другую?
Глава 5
Первая ночь без мужа проходит ужасно. Я просто не могу спать одна.
Кровать слишком большая и пустая. Подушка рядом все еще хранит запах его парфюма. И от мысли о том, где он сейчас спит, я тихонько подвываю.
Слезы то перестают, то текут с новой силой. Внутри все крутит.
Я беру подушку и плед, и иду спать на диван в гостиной. Но мысли не дают уснуть и тут. Лишь под утро удается слегка поспать, да и то сон поверхностный и тревожный.
Утром на меня из зеркала смотрит чудовище. Умываюсь холодной водой, а потом достаю лед из морозилки и прикладываю к опухшим глазам. Не знаю, поможет ли.
В горло ничего не лезет. От попытки проглотить хоть кусочек, желудок протестующе сжимается. Пью только кофе.
На душе такая тоска, что вообще ничего не хочется. Я не знаю, как себя собрать.
Но мне нельзя раскисать. Я ведь не одна, у меня ребенок.
Нужно ехать к маме и забрать Темку.
Мы периодически отвозим его на выходные к моим или Юриным родителям, чтобы он пообщался с бабушками и дедушками.
Обычно муж забирает его в воскресенье вечером, но я решаю не ждать до вечера.
Мне ведь придется самой ребенку все объяснять, да?
Козел, и это на меня повесил! Может, пусть сам едет, забирает и объясняет?
Нет, лучше я. Пошел он! И без него справлюсь! Он, наверное, со своей школьной шалавой время проводит. Мы ему теперь не интересны.
Когда подъезжаю к дому родителей, внутри все сжимается. То еще предстоит объяснение!
— Ой, Мила! А мы только оделись и хотели в парк идти… — говорит мама, открывая мне дверь. — Что же ты не предупредила, что раньше заедете… Ой! Ну-ка зайди! Что это с тобой? Плакала? Мил, случилось что? — тут же пугается она.
— Мама! — меня тут же обхватывают тоненькие детские ручки.
Я тоже обнимаю своего малыша, наклоняю и утыкаясь носом в макушку.
Вот оно — мое счастье, ради которого стоит жить.
— Мы сейчас поедем домой? — заглядывает мне в лицо сын. — Я думал, папа вечером заедет… Мы хотели на качелях покататься!
— Тем, с дедушкой идите, покатайтесь, — тут же ориентируется моя мама, а нам с твоей мамой нужно поговорить. Да, ведь, Мил? Пусть идут?
— Да, — киваю я, вымученно улыбаясь.

















