Дурман

"

"— Спасибо, — отозвался Алексей, а сам стрельнул глазами на Иру, которая невольно сделала шаг назад, натолкнулась на Патрика, и тот галантно её поддержал, приобняв за талию, и так и оставил свою руку на показавшемся ему удобном и достойном месте. Тоже поздравил, напомнил Андреасу, где и при каких обстоятельствах они познакомились, и разговор завязался. Завязался и продолжился к ужасу Иры, которая томилась рядом с ними, а потом неожиданно подняла глаза и посмотрела Свете в лицо. Рассматривала её, даже разглядела искорки довольства в её глазах, и ничего не могла поделать с собой, но Лёшке достался взгляд, полный претензии. А тот с такой силой сжал челюсти, что желваки заходили, а скулы побелели. Отвернулся, глотнул виски, снова на неё посмотрел. И от этого некуда было деться, нельзя было разорвать этот круг, когда все вокруг разговаривают, проявляют интерес, а они стоят и смотрят друг на друга, и взгляды скрещены, как шпаги. Ира чувствовала, как Лёшка ощупывает её взглядом, и почувствовала жар, который прошёл волной по всему телу и снова ударил в щёки. И вот тогда она отвернулась, отступила от Патрика, по крайней мере, сделала попытку, стараясь не привлекать внимания. И больше всего на свете в этот момент хотела прикоснуться совсем к другому мужчине, руку протянуть, вцепиться в него… и заявить свои права. Которых у неё не было. И от обиды у неё некрасиво кривились губы, она щурилась и теперь старательно смотрела в сторону, только старалась дышать правильно — осторожно и продуманно. Хорошо хоть к ней с разговорами никто не лез.

— Ира тоже журналист? — вдруг заинтересовался Андреас, и ей пришлось обернуться. Растянула губы в улыбке и покаялась:

— Начинающий.

— Хорошо что-то начинать, — сказал Андреас, изучая её горящим взглядом. Интерес был чисто мужским и именно изучающим, Ира была уверена, что он так же оценил и Милу, когда та к нему подошла. А теперь вот даже губы поджал, как бы смакую впечатления. И заметила это не только она, но и Софья Игнатьевна, и поторопилась взять бывшего мужа под руку и незаметно дёрнула его за рукав, точнее, одёрнула. И он внял, отвернулся, а Ира снова встретилась глазами с Алексеем и, разозлившись, повыше вздёрнула подбородок.

— Я бы хотела написать о вашей семье, — взяла быка за рога Мила. — Такая красивая семья, такая талантливая, — закончила она с особым упором.

— Это нужно обсудить в другой обстановке, — немного свысока проговорила Софья Игнатьевна, давая понять, что чужие просьбы начинают утомлять. Но от Милки избавиться не так-то просто, поэтому она ещё и поинтересовалась чересчур восторженно:

— У вас ведь ещё младший Вагенас есть, я права? Наследник.

— Да, у нас сын, — ответила Света, — ему два годика, маленький ещё.

— Наверное, такой же красавчик, как папа.