Дурман

Сказал, и снова бросил изучающий взгляд на Иру, а та стояла, глядя куда-то за его плечо, пытаясь свыкнуться с изменившимися обстоятельствами. Точнее, она мысленно пыталась сопоставить то, что знала о нём, с нынешней реальностью. И непонимание ясно читалось на её лице.

Алексей взял с подноса ещё один бокал шампанского и протянул Ире.

— Выпьешь?

Она машинально приняла бокал и снова поторопилась отвернуться. Сердце странно бухало в груди, и этот стук даже сотня голосов вокруг, казалось бы, не могла заглушить.

— Вообще-то, я уже собиралась уходить.

Сьюзи вцепилась в локоть.

— Ира, ну что ты, куда ты бежишь? Такой вечер!

Вечер, действительно, удивительный. Полный… да, то самое.

— Вы видели «Геру»?

— Конечно. Ира только ради неё и пришла.

— Серьёзно?

Ей пришлось согласно кивнуть.

— Да, удивительная вещь.

Алексей вдруг хмыкнул.

— Завораживает?

— А тебя нет?

Он вздохнул, оглянулся через плечо на скульптуру, и, воспользовавшись моментом, когда его ненадолго оставили в покое, негромко и по-русски проговорил:

— У меня смешанные чувства. — Наклонился к Ире и проговорил ей на ухо: — Отец лепил её с моей мамы, так что, сама понимаешь…

— Гера — это твоя мама?

— Отец никогда от излишней скромности не страдал. И раз уж он считает себя едва ли не Зевсом, то маме повезло стать на время его Герой.

Это было так странно, чувствовать его рядом. В толпе, на светской тусовке, он стоял рядом с ней и что-то шептал ей на ухо. Только ей, по-русски, никто больше в этом зале не мог их понять, а Лёшка, точнее, Алекс Вагенас, говорил, добавив в голос мёда, что было вполне узнаваемо в его исполнении, и смотрел с намёком, с намёком на прошлое, а не на настоящее. По крайней мере, Ире так казалось. От этого и стучало сердце, сохло во рту, и тряслись руки. Какой злой рок снова свёл их вместе? Если бы её спросили, чего она боится в этой жизни, одним из ответов был бы: встречи с этим человеком. Потому что глядя в его глаза, она очень ясно вспоминала своё унижение. Как однажды выяснила, какая она на самом деле дура, и что если мужчина что-то говорит тебе и даже обещает, то это совсем не значит, что он чувствует это. У него могут быть свои причины, желания, потребности и тайны, а ещё жизнь, за пределами твоей вселенной, о которой он просто забыл или не захотел тебе рассказать. Например, невеста или жена. И то, что она сегодня про него узнала, лишь углубило полученную когда-то рану, и подтвердило, что ей следует держаться от него подальше. И, вообще, про него не думать.

— Что ты делаешь в Лондоне?

— Живу. — Она старалась избегать его взгляда.

— Давно?

— Уже два года.

— Да, где бы нам встретиться…

— Предполагалось, что мы встретимся? — Ира не удержалась от лёгкой издёвки, и услышала, как Лёшка вздохнул.