Дурман

И снова позвала, не уставая называть его имя:

— Лёша.

— Что, Ириска?

— Что мы делаем?

— Я тебя краду. — Они остановились на стоянке, в шаге друг от друга, и, наверное, только в тот момент Ира до конца осознала, что произошло. Сощурилась на солнце, вглядывалась в его небритое лицо, взъерошенные волосы, затем подошла и обняла. Алексей ручку чемодана отпустил, руками её обхватил и выдохнул, почувствовав успокоение после гонки по столичным дорогам и поискам в аэропорту. — Я уже тебя украл, и больше не отпущу.

Эпилог"

"— Милая! — Алексей намеренно проговорил это зычно, максимально повысив голос, и вздохнул, будто жена его могла видеть. Она не могла, он был уверен, что не могла, но сверху на него спикировал её пеньюар, прямо на голову, и Алексей рассмеялся. И тут же заверил: — Я тебя не тороплю, честное слово. Точнее, тороплю, но это не я. Это дети. — И вот тут уже прибегнул к фактам. — Ир, в самом деле, они уже детский бассейн весь на газон вычерпали!

— Я иду. — Она, наконец, показалась на лестнице, приостановилась на верхней ступеньке, позволяя ему полюбоваться, даже ножку соблазнительно выставила, но тут же поторопилась спросить: — Тебе нравится?

Алексей тут же кивнул. Потом решил, что из-за его поспешности Ира может усомниться в его искренности, а ведь ему на самом деле нравилось, она нравилась, причём во всём и всегда, и, добавив в голосе степенности, заверил:

— Очень. Ты красавица.

Ира вместо того, чтобы расцвести в улыбке, аккуратно подтянула бретельки бикини, посмотрела на себя сверху, окинув критическим взглядом то, что могла рассмотреть, и стала спускаться по ступенькам.

— Новый купальник.

— Замечательно.

— Я уже не помню, когда в последний раз могла позволить себе надеть бикини.

— Знаю, и ты очень страдала, — продолжал он любимую жену морально поддерживать. Прятал улыбку, но не слишком старательно, потому что получил тычок сразу же, как только Ира спустилась. Но взглянула вопросительно.

— Я точно хорошо выгляжу?

Он её за плечи обнял, поцеловал в плечо, и начал приводить доводы, которые устроили бы любого рационального человека. Проблема в том, что женщина, родившая ребёнка и потратившая немало времени на возвращение привычных форм, рациональностью не отличалась. Но Алексей всё равно старался, уже две недели, с тех пор, как они засобирались в отпуск, и Ира принялась бегать по магазинам, в панике соображая, в чём она появится на пляже.

— Ты у меня красавица. Всегда была красавицей, и всегда будешь. — Лёша шутливо навалился на неё, выставил перед ней руки. — Даже когда у тебя был вот такой живот, ты была очаровательна.

Ира решила проявить бдительность и напомнила:

— Ты говорил, что я невозможна.

Он тут же головой качнул, отказываясь.

— Это было всего раз… или два.