Прощай, предатель!
Как же много жен живет с иллюзией, будто хорошо знают любимого мужа!Я тоже оказалась из таких.Только вышла на позднем сроке в декрет, как застала своего с секретаршей.— Даша, нет, — зверем хрипит он. — Как ты здесь..? Только не ты... Даша!!!Онемев, молчу. А затем, глядя на мужа больными от ужаса глазами, начинаю отступать. Всë быстрее и быстрее.— Это ничего для меня не значит! Есть только ты, маленькая. Завтра поедем на море и забудем обо всем!— Засунь своë море знаешь куда?! — чувствую, что задыхаюсь. — Ты нас предал, Влад! Ты... нас... предал!Боже, помоги мне. Боже мой...Разворачиваюсь. Неуклюже бреду прочь, прижимая руки к своему тяжелому восьмимесячному животу. И невыносимо горькие рыдания сжимают горло с осознанием: это конец!Декрет стал моим личным адом.Ограничение: 18+
Но не убирает совсем, а упирается ладонями в стенку лифта по обе стороны от моей головы.
Сволочь! Не может лишний раз обойтись без демонстрации своей власти. Без подчеркивания своей опасной мужской силы.
— Понимаю, — зловеще мягко произносит он. — Это я очень хорошо понимаю. Ты сейчас на эмоциях, Даша. Но мы обязательно поговорим позже. Я тебя прошу только об одном — не наделай глупостей. Мы же с тобой взрослые люди, верно?
Я ничего не отвечаю.
Слепо смотрю вниз, на тупые мыски своих простых осенних ботинок, лишь бы не видеть перед собой красивое, породистое лицо мужа.
К горлу подкатывает знакомая токсикозная тошнота с мерзким привкусом дерьма и дурноты.
Рвотный спазм еще не успел сжать горло, но его приближение уже не за горами.
— Я поеду домой, Влад. Убери руки!
Скрипнув зубами, Князев-таки отодвигается на один-единственный шаг. Но облегчения от этого так и не наступает. Ощущение, будто на груди тяжесть целой бетонной плиты, а низ живота нехорошо тянет. Господи, опять этот тонус...
— Я сам тебя отвезу, — мрачно говорит муж.
— Нет! — страдальчески выкрикиваю я и тут же прикрываю рот от подкатившей рвотной горечи.
К счастью, ее удается инстинктивно сдержать... а может, и к несчастью. Проблеваться на идеально начищенную дорогую обувь Князева сейчас было бы самое то. Он это заслужил.
— Нет, — повторяю сдавленным шепотом. — Не надо. Пожалуйста... твое присутствие сейчас невыносимо! Я поймаю такси...
— Я не позволю какому-то вшивому уличному таксисту везти свою беременную жену в таком состоянии! — дергает щекой Князев. — Не хочешь ехать со мной, ладно.
Прорычав последнюю фразу, он снова слишком низко наклоняется ко мне. И на этот раз я не выдерживаю. Близкий запах красного вина вызывает гораздо более сильный позыв к рвоте. Со слабым стоном я сгибаюсь пополам, обнимая свой огромный живот...
И всë-таки блюю на красивые черные туфли мужа.
♀️Глава 5. Разумной быть тяжело"
"Правильно говорят, что счастье не в деньгах. И уж точно не в роскоши.
Брожу по нашей огромной двухуровневой квартире, а от отчаянной тоски выть хочется.
Наша семья разрушена.
Не будет больше счастливых совместных вечеров в обнимку. Только не с Владаном! Я просто не смогу теперь довериться ему, забыть предательство и жить, как раньше
Не будет вечерних просмотров кино с одним мягким пледом на двоих... с искренним смехом... нежными ласками... страстными поцелуями...
Не будет романтики уютных душевных разговоров...
Он всë это разрушил.

















