Прощай, предатель!

— Здорово, Влад, — Плохишев, как всегда, ленив, нахален и бесцеремонен. — Как там Дашка, очухалась?

Я молча обхожу его и усаживаюсь в свое кресло. Барабаню пальцами по подлокотнику, раздумывая, а не послать ли друга к черту с его вопросами. Заебал уже за два дня. Пусть самочувствием своей жены лучше интересуется.

— Понял, всë по-прежнему хуëво, — Плохишев разваливается на диване и смотрит на меня с легкой жалостью. — Слушай, на тебе прям лица нет.

— А что там у меня тогда — морда? — огрызаюсь я и зачем-то принимаюсь вертеть карандаш, подвернувшийся под руки.

— Да не заморачивайся ты так.

Побесится, поскандалит, тарелки побьет и простит.

— Она не скандалит, Марат. Просто игнорит.

— А, ну ясно. Просто дуется. Тем лучше, посуда целее будет. Ты ей цветочков и брюликов преподнеси красиво, и она подобреет.

— Это ты так от своей всегда отмазываешься, что ли?

Плохишев пожимает плечами.

— Пока не приходилось. Она не в курсе, как я лишнее напряжение снимаю. Да и... а что такого в конце концов в простом быстром минете? Это как... ну не знаю, массаж. Просто рабочими губками, а не руками. И не массаж спины, а массаж члена.

Едва ли до измены дотягивает. Вот если бы ты поставил свою Нонну раком и трахнул во все щели, тогда было бы о чем говорить..."

"Карандаш в пальцах с треском ломается и летит обратно на стол.

— Зря я с ней связался.

Я с силой тру руками лицо, и ладони колет отросшая щетина.

Блядь, побриться совсем забыл. Всë утро Дашу караулил, поухаживать за ней хотел с тем ебучим мятным чаем. А она взяла и грохнула его на пол... Ладно, будем считать, что я ей так помог немного эмоции выплеснуть.

— Зря — не то слово, — соглашается Плохишев, скучающе почесывая гладко выбритый подбородок.

Метросексуал херов. Он-то, в отличие от меня, держал свою внешность под жестким контролем в любом состоянии, даже с бодуна. — Я аж охуел, когда ты вдруг клюнул на нее на той винной презентации летом. Думал, ты после свадьбы монахом заделался, все наши светские тусовки в сауне игнорил. Да и кто ж на рабочем месте-то пар спускает? Это крайне неосмотрительно, дружище.

— Сам не знаю, что на меня нашло тогда, — угрюмо пожимаю плечами. — Помутнение какое-то. Как Дашка залетела, недотрах стал прям нормой.

Блядь... не хотел я ей изменять! Но когда эта вдруг полезла сама... спустил разок, потом еще пару раз...

— И втянулся, — кивает Плохишев. — Понимаю. Только знаешь, если банальный отсос левой бабы тебя настолько корежил... спускал бы пар с женой, всего и делов.

Я бросаю на него мрачный взгляд и снова смотрю в окно.

Знал бы приятель, как у меня обстоят в этом плане дела, на смех бы поднял. В любом случае я не собираюсь с ним обсуждать нашу с ней сексуальную жизнь.

— Ладно, вижу, ты не расположен к общению.