Проданная ему

Мы столько лет жили друг без друга, ни разу не позвонив, не поинтересовавшись, как дела, так какое ты имеешь право что-то менять?! А?

— Не кричи на меня! — натягивает футболку на живот, медленно пытается встать, я подаю руку. С не охотой, но берется за ладонь и встает. Смотрит на меня укоризненно, с разочарованием, но сейчас мне плевать на то, что не оправдал ее надежды.

— Ты кажется немного забыла, при каких обстоятельствах мы с тобой познакомились. Я тебе напомню: твой бывший муж отобрал у тебя ребенка. И тебе повезло, что обстоятельства сложились в твою пользу. Моей матери так не повезло, так почему я должен сейчас идти ему навстречу? Назови мне хоть одну причину, по которой я должен забыть, при каких обстоятельствах мы узнали о существовании друг друга? — изгибаю бровь, Женя молчит, опуская взгляд. — Есть вещи, которые не прощаются. Сколько бы лет не прошло."

"Засовываю руки в карманы брюк и иду в кабинет. Мне нужно успокоиться. Позже я извинюсь для формальности, прикроемся ее гормонами, но надеюсь, что смысл разговора она поймет и больше не будет делать попыток меня сблизить с отцом и с его семьей.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

В кабинете открываю окно на распашку, сажусь на подоконник, достав заранее сигарету и зажигалку. Мне известно, как поживает отец, как у него дела. Информация доходит окольными путями. Так же знаю, что сестры замуж выходят, детей рожают. Все у них хорошо, если обо мне вспоминают, то глубокой ночью, украдкой, как и я. Мимоходом. Потребности помириться с отцом нет, поэтому я не понимаю, с какой целью Женя ему позвонила.

В спальне темно, раздеваюсь, не включая свет. Идут в душ, быстро смываю с себя прошедший день, усталость.

— Я хотела, как лучше, — подает голос Женя, когда я ложусь на свою половину, закину руку за голову.

— Я так и подумал. Извини, что накричал на тебя, не сдержался.

— Я думала, что для каждого ребенка важно знать, кто его родители, кто отец, кто мать, даже если сложилось так, что все живут раздельно. Просто меня не отпускает мысль о том, что Лиза не будет помнить своего отца.

— Когда он выйдет из тюрьмы, я думаю, ты сама не захочешь, чтобы она знала, кто ее отец. Не проще обрубить концы и забыть? Ты словно все еще испытываешь к нему какие-то положительные чувства!

— Просто, если ты ее удочеришь, у нее будет твоя фамилия, как ей объяснить, кто такие Градовские? — вздыхает, я смотрю в темноту.

Градовские никак не хотят исчезать из нашей жизни. Если Артема посадили на семь лет в тюрьму, и о нем мы забыли, то его родители стабильно раз в месяц появляются на горизонте.