Проданная ему

Скорей всего Градовские ей заплатят, или уже заплатили, чтобы не было этих обязательных месяцев для примирения. Ребенок останется с отцом, потому что у Евгении Владимировны, — Натан мельком бросает взгляд на бумаги, чтобы прочитать имя Жени, — в жизни полный кавардак: отсутствие жилья, отсутствие работы, никаких финансовых сбережений. Спрашивается, как она собирается жить с ребенком, которого по закону даже в садик не возьмут.

— И выход только один: выйти замуж за какого-нибудь очередного мудака.

— Ну, если ты себя так расцениваешь, то пусть будет очередной мудак.

— А при чем тут я? — вскидываю удивленно брови, Натан смеется, откидываясь на спинку диванчика.

— Я ошибся? — вопросительно изгибает черную бровь, насмешливо на меня посматривая. — Конечно, можно позже подать в суд для определения постоянного места жительства несовершеннолетней, но когда это случится? Через год? Два? Ты же понимаешь, что поезд может уехать, девочка подрастет и будет что-то понимать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Прикусываю губу. Подрастет и будет недоумевать, почему привычная жизнь так резко поменялась. Почему вместо просторного дома она вынуждена будет жить в тесной квартире, почему по утрам на столе овсянка, а не любимые панкейки и почему мороженое теперь по выходным дням. Почему теперь рядом какая-та незнакомая тетя, которая называет себя мамой, а привычная няня осталась где-то в другом месте.

Жениться? Никогда об этом не думал. Меня никто темой жены не бесил, никто внуков не просил, свободные отношения вполне устраивали. Для секса очаровательная Полина, а для души… Предпочитал ее никому не раскрывать.

Провожу языком по зубам, вспоминаю вкус поцелуя с Женей. Никогда не придавал значения поцелуям, не особо любил обмениваться слюнями, а с ней было приятно. Кайфово, сладко. Она еще оказалась такой отзывчивой, манящей, еле сдержался, чтобы не разложить ее на кухонном островке. Лишь мысль о том, что я тогда буду не лучше ее муженька, останавливала от необдуманных поступков. Хотя, Женя была не против продолжения нашего поцелуя, ее глаза просто призывали отбросить сдержанность в сторону и показать себя во всей красе.

— Привет, Руслан! — над головой раздается звонкий голос Полины. Вот только ее мне здесь не хватало.

— Привет, — не улыбаюсь, и Полина сразу тускнеет, но продолжает очаровательно демонстрировать свои белые зубки. — Ты какими судьбами оказалась в этом ресторане? — нервно облизывает губы, обращается взглядом за поддержкой к Натану, но тот даже бровью не ведет.

— Елена увидела твою машину, мне позвонила, — чистосердечно признается малышка, переступая с ноги на ногу.