Проданная ему

Слышу слишком громкий вздох, берусь за пряжку ремня. У меня нет привычки спать в одежде, предпочитаю нежится в постели полностью обнаженным, но сегодня воздержусь от привычки. Стараюсь не смотреть в сторону Жени, потому что один взгляд в ее сторону, на ее взволнованно подымающуюся грудь, моя выдержка полетит к чертям.

Дебильное предложение, и я дебил, что согласился, нужно было ехать к себе домой, а не лежать сейчас на чужом диване. Женя выключила свет, лишив меня интересного зрелища, прислушиваюсь к возне в темноте.

Ложится, едва дышит, чувствую ее неровное дыхание у себя на груди.

Диван большой? Наверное, большой для кого-то, для меня слишком узкий, потому что я кожей чувствую жар ее тела, улавливаю запах лаванды. Закрываю глаза, считаю барашков, на сто пятом сбиваюсь, а Женя заснула уже на тридцать пятом. Доверчиво прижимается ко мне, закинув свою ногу на меня.

Ну что ж, начнем сначала. Один, два, три, четыре, пять…



24

* * *Так странно с кем-то делить один диван. Я думала, он огромный, но для двоих все же тесен. Или мне кажется, что тесен, так как Руслан по-хозяйски обнимает меня за талию, равномерно дышит мне в затылок, а его утренняя эрекция упирается аккуратно в мой зад.

Вчера он выглядел таким уставшим, мне стало его жалко. Поэтому я предложила сесть за руль его машины, потом пригласила к себе переночевать, чтобы он не тащился к себе домой, вдруг потеряет концентрацию внимания и попадет в аварию.

Он мне доверился, я понимала, что о своем детстве этот мужчина ни с кем не разговаривает. Он и мне открылся, только потому что хотел поддержать, показать на примере, что жизнь после развода и без ребенка есть.

Суд прошел в обычном режиме.

Артем мне накануне не звонил, не предлагал мириться. Без слез, но с дырой в сердце я отдала ему дочь, чуток веря, что при разводе судья встанет на мою сторону. Естественно, когда все проплачено, все всем заранее известно, решение, с кем будет жить Лиза, было принято быстро и без долгих разбирательств.

Я держалась до последнего с холодным выражением лица. Я видела, с каким интересом за мной наблюдал Артем, как насмешливо изгибались его губы, а глаза жадно шарились по груди. Потом… Потом я пошла за ним. Выслушала его неприличное условие, при котором он согласен идти мне на встречу.

Он хотел меня трахать тогда, когда ему вздумается, а еще лучше — вернуться к нему и перестать выделываться, как муха на стекле. Сказала, что подумаю. А дома позволила себе впасть в истерику, закрыться в этой квартире и спрятаться под пледом от этого несправедливого мира. На работу позвонила и сказала, что больше не выйду. Мне хотелось умереть, но мне не позволили.

Руслан проснулся. Это я понимаю по дрогнувшей руке на талии. Медленно поворачиваюсь и встречаюсь с темными глазами.