Ребёнок от босса. Научи меня любить

Что о нас подумают? Чёрт… дурацкие пуговицы!

В несколько шагов босс подходит ко мне и убирает мои руки от блузки.

– Скорее всего, они подумают, что я трахнул тебя прямо на этом столе, – отвечает спокойно, методично начиная по одной вдевать пуговицы в петли.

Резко задираю голову и шокировано смотрю на Воронцова. Его пальцы в этот момент застывают на пуговице у меня на груди, и я уверена, что он сейчас в полной мере ощущает, как бешено начинает колотиться моё сердце.

– Ну а что ты хотела, Инна? – выгибает бровь. – Ты и я, в одном кабинете, зачем-то заперлись. Что ещё по-твоему они должны подумать?"

"– И ты так просто об этом говоришь? Тебя что, это совсем не беспокоит? – произношу, дрожащим от волнения голосом.

– А почему меня должно это беспокоить? Все и так знают, что ты моя женщина, что ты детей от меня носишь. Или ты считаешь, они первым делом о непорочном зачатии подумали? Конечно, каждый из них считает, что они в твоём животе появились традиционным методом. Я тебе даже больше скажу, – всё ещё не отпуская пуговицу на моей груди, наклоняется к моему уху, едва касаясь его губами и тихо шепчет. – Каждый из них во всех подробностях и не единожды представлял как, где, когда и в каких позах я тебе этих детей сделал.

Горячее дыхание скользит от уха вниз по шее вызывая целый табун мурашек на моей коже. Сердце начинает колотиться как ненормальное. Не в силах справиться с этими ощущениями, я закрываю глаза и, чёрт побери, у меня перед глазами против воли тоже встаёт эта картинка. Та, о которой сейчас говорит босс.

– Ты… ты ужасный, – судорожно сглатываю, не открывая глаз.

– А я-то тут причём? – всё ещё не отстраняясь от моего уха, продолжает застёгивать пуговицы на блузке, спускаясь всё ниже.

– Это естественно, Инна. Я – один из владельцев фирмы, ты – моя подчинённая. То,что происходит между нами выходит за рамки нормы. Вполне естественно, что для людей это животрепещущая тема, которую они обсуждают и представляют во всех красках. Человек так устроен. Его возбуждает всё запретное.

“Людей возбуждает всё запретное”. А меня? Меня это тоже возбуждает?

Чувствую, как от этих разговоров, от дыхания босса на моей коже, напряжение внизу живота нарастает всё сильнее, становясь уже просто невыносимым.

Кровь барабанит в висках и… кажется даже между ног. Грудь начинает ныть и бюстгальтер словно становится ещё теснее.

– Перестань, Глеб, – выдавливаю шёпотом, срываясь на хрип. Ощущаю, как от частого дыхания, моя грудь при каждом толчке ударяется об его ладони. – Я… я не хочу об этом говорить…

– Знаешь, Инна, если бы я не знал, что ты беременна, то подумал бы, что ты девственница, – ухмыляется, застёгивая последнюю пуговицу на блузке, после чего, наконец, отходит от меня на шаг.

По коже прокатывает неприятный озноб.