Две половинки

– Я не смогу… – И не сумел сказать, что именно.

– Ты в порядке?! – заорала Стаська отчаянно. – Что с тобой случилось?!

– Я? – удивился Больших, настроенный совсем на иные мысли. – Я в полном порядке. Стаська, ты чего?

– Господи! Я думала, с тобой что-то случилось! – выдохнула она с облегчением.

– Почему? – поразился Больших.

– Не знаю! Что-то мне тревожно весь вечер! С тобой точно ничего не случилось?

– Со мной нет, – потрясенный до глубины души этим ее чувствованием, ответил он.

– А с кем? – требовательно спросила Стаська.

– С Верой…

– Что? – перешла на деловой тон она.

– Рак. Завтра срочная операция.

Он вкратце объяснил, что случилось. Они замолчали. И слушали эту тишину, как разговор.

Станислава понимала, что именно Степан не может – и приедет к ней не то что не сегодня, а даже неизвестно когда.

И все причины, не пускающие Степана Больших к ней, укладывались в тысячи «потому что».

Потому что сейчас он жизненно необходим той женщине и ее семье…

Потому что он не умеет по-другому…

Потому что он не может бросить Веру в такой момент, ни тем более сказать ей, что встретил другую…

Потому что он не может быть со Стаськой в счастье, в любви, в радости и врать Вере, пусть и не врать, а недоговаривать…

Потому что ничего бы не сложилось у них, если бы он был другим…

Потому что, когда она ломилась к Степану в дом за помощью, если бы он отказал, или выставил ее, сказав, что устал и это не его проблемы, не возникло бы между ними ничего – ни магии, ни чуда…

Потому что Стаська любила его только таким, таким, какой он есть…

Всего. Полностью. Степана Сергеевича Больших – мужчину и врача!

А он думал, какая это мука мученическая – отказаться от Стаськи на час, на день, на неизвестный срок, на любое время! После того как преодолел страхи, оставив их прошлому, и только-только с ней соединился!

И о том, что кто-то наверху наказывает его этой мукой за проявленную слабость, за боязнь перемен, за то, что помыслил, что может спокойно и благополучно без нее жить!

И о том, что вот сейчас он отказывается от нее в третий раз!

И пусть на время, пусть ненадолго, и надо как-то объяснить ей ситуацию, и все его «невозможности»…

Но ей предстоит еще раз пережить его вынужденное отступление…

Одной. Без него.

И поймет ли она, простит, примет?

– Степан! – нарушила их молчаливый диалог Стаська, негромко, но твердо. – Ты делай, что считаешь нужным и должным. Я понимаю.

У него защипало глаза подступающими слезами. Степан зажмурился и сильно зажал двумя пальцами веки.

Черт бы все побрал на свете! Вот черт бы побрал всю эту житейскую хреновину!!

Как ему теперь с этим жить?! Кого он предает больше: Веру или Стаську?!

– Стаська… – прохрипел он – я… буду звонить тебе все время!

«Сколько? – безнадежно подумал он.