Две половинки

За эти почти два месяца с момента встречи, перевернувшей жизни обоих, что-то неотвратимо в ней изменилось. Словно выкристаллизовались, обрели четкие очертания, осмыслились те грани характера, которые проявлялись раньше только намеком, не имея повода заявить о себе громко.

Как по-разному, размышляла она, приходит к людям настоящее чувство. Кто-то может годами дружить, общаясь в одной компании, и не осознавать своих истинных чувств, внезапно проявляющихся при каких-то обстоятельствах, и оказывается, вот же он, тот самый человек, всегда был рядом! И ты его столько лет знал и не понимал, что это именно он. Или начинается все с влюбленности, долгих ухаживаний и постепенно превращается в любовь.

Почему так внезапно, так мгновенно произошло у них со Степаном?

Почему сразу, в тот же день, когда она его увидела впервые, Стаська уже понимала, чувствовала, что это ее человек и что ее мир изменился кардинально с его появлением?

Минуя процесс узнавания, притирания, положенного флирта и свиданий, они оба почувствовали, что это настоящее, так испугавшее их своей серьезностью.

Дела Божьи."

"Как часто бывает так, что понравился тебе человек и ты присматриваешься к нему, открывая новые качества, которые тебе импонируют. И тебе нравится, как он говорит, двигается, слушает, как выглядит, пахнет, одевается. Погружаясь в его мир, ты открываешь много интересного, привлекающего тебя все сильнее. А присматриваясь, понимаешь, что у вас все может сложиться замечательно, и уже думаешь о нем как о партнере, но…

Но не происходит какого-то чуда, что ли, и, вроде вы так прекрасно подходите друг другу, совпадаете, и влюбленность есть, и сексуальное притяжение, а волшебства не случилось…

И мы сразу предъявляем человеку, вошедшему в нашу жизнь, требование соответствовать тем нормам поведения, которые считаем единственно верными. И оцениваем по тому критерию, насколько он попадает в эти «правила» – плохой-хороший, умный-глупый, подлец-герой. Искренне, до глубины души уверенные, что только наши оценки и критерии и есть единственно правильные.

И никакие больше!

Кто утвердил эти правила?

Общество? Социум? Какие-то умные тети и дяди?

То есть навязываем, требуем соответствовать нашей индивидуальной картине мира, а иначе ты бяка! Плохой, предатель, козел, чужой! Меняйся, становись таким, каким я хочу тебя видеть, тогда будем дружить!

– Господи, с чего это меня понесло философствовать в такие дебри? – поразилась своим мыслям вслух Стаська, словно опомнившись.