Две половинки

Ах ты ж господи!!"

"Как его угораздило?! И зачем?! Он совсем не знал и не умел разбираться в таких ситуациях, когда ко всему мужскому, что будоражит женщина, примешивается и голова и чувства, и еще черт-те что непонятное! Когда больше всего хочется остаться здесь, рядом с ней, и ухнуть с потрохами в это пугающее, влекущее непонятное! И когда ты точно знаешь, что пропадешь, и что это тебе не надо – не потянуть!

Ах ты ж господи!!

Насколько все было бы проще, если б стукнуло в пах и в голову мужское желание любого накала – хоть теплой водицей интереса вечного охотничьего инстинкта или обожгло жалящим желанием! Он бы справился! Смог бы уйти, остудить любой накал!

Степан невесело усмехнулся про себя, вспомнив анекдотец.

У бомжа, голодающего уже не первый день, внутренние органы открыли собрание, чтобы решить, какой орган продать на донорство, чтобы прокормить остальные. Председательствовал мозг:

– Надо продавать один из парных органов, – сказал мозг.

– Давайте легкое продадим, – предложила печень.

– Эти легкие на хрен никому не нужны: прокуренные и больные, – возразил председатель.

– Тогда почку, – предложила селезенка.

– А давайте желудок продадим, он все время жрать просит! – раздался голос снизу.

Все органы посмотрели на председателя, что он ответит. Мозг спал.

– Ну вот! – возмутилось сердце. – Никогда собрание нормально провести не можем! Стоит пенису выступить, мозг сразу отключается!»

«Валить отсюда, пока не поздно! Давай, Больших!» – жестко приказал себе Степан.

Никакие анекдотцы и оттягивание момента расставания, и судорожные попытки что-то придумать, изменить, как-то сгладить, не помогут!

Он поднялся со стула:

– Знаете, Станислава, сегодня, я думаю, уже поздно ехать. На самом деле, не ночью же вам возвращаться, да по такой непростой дороге. Давайте я завтра, часиков в десять утра, за вами заеду.

– Да, – кивнула Стаська и повернулась к нему лицом, – так будет лучше.

Она сумела взять себя в руки, послать подальше слезы, заставить лицо изменить выражение на приветливо-дружеское и улыбнуться сумела! Вот так!

– Договорились. Тогда я пойду.

И, не дожидаясь ее ответа, Степан большими шагами быстро прошел в прихожую.

Пара секунд – обуть ботинки, пара секунд на открытие зеркальной дверцы шкафа-купе и обнаружение своей куртки, пара секунд на продевание рук в рукава, пара секунд на похлопывание по карманам для проверки содержимого – документы, кошелек, два сотовых…

И тут обнаружилось неожиданное препятствие на пути отступления и стремительного побега – на последнем этапе между открыванием двери и торопливыми благодарностями, громкой речовкой отправленными в сторону кухни в адрес не успевшей выйти следом за ним хозяйке.