Двойная тайна от мужа сестры

И что ты планируешь делать с этой прорвой денег? Покроешь долги мужа? — спрашивает, посмеиваясь. — Предлагаю тебе сделать умнее: отдай их мне на хранение, я создам трастовый фонд для внуков. Деньги останутся в целости и сохранности до их восемнадцатилетия.

— Бесценный совет, папа, именно так я и сделаю, — улыбаюсь холодной улыбкой, — позабочусь о своих детях.

Мы сверлим друг друга взглядами какое-то время. Я вижу, как он удивлен тому, что не может никак на меня повлиять. Он к этому не привык и растерянно смотрит на меня, и я, пользуясь этой секундной заминкой, покидаю кабинет.

Выхожу от отца я в полной уверенности в своих силах. Этот разговор поставил точку в моих розовых мечтах и чаяниях. Я окончательно убедилась, что он способен на всё ради денег и богатства, но больше не сможет на меня повлиять.

Иду по пустынному коридору, желая быстрее попасть наверх.

— Когда? — вдруг слышу шепот Миланы.

И всё бы ничего, я бы просто прошла мимо, вот только следом раздается мужской голос. Принадлежащий отнюдь не Давиду.

— Ты слишком торопишь события. Всё будет, — рычащие нотки грубого тона.

Останавливаюсь, слегка выглядывая в кухонную маленькую пристройку, где обычно прислуга готовит еду. Милана смотрит на какого-то мужика, чей взгляд выражает холодное безразличие. Отшатываюсь, прячась за стеной. Глаза этого незнакомца остры, как бритва, и пугают, вызывая мурашки по коже."

"— Ты должен избавиться от нее, иначе деньги… — шипит сестра, я же замираю от шока, ощущая, что разговор идет обо мне.

— Всё должно выглядеть правдоподобно, в ином случае пойдет разбирательство, а с учетом появления твоей дочери первой подозреваемой пойдешь ты, дорогая, — наседает на Милану мужчина, она же толкает его ладонью в грудь.

— Кстати, об этом. Ты нашел ее? Свидетельством о рождении долго сыт не будешь, — возмущенно пыхтит она, ни капли не боясь этого опасного человека.

Он же молчит, не отвечает. Я жду его ответа, затаив дыхание, но слышу спустя секунду только звук поцелуев. Выглядываю из-за угла и вижу, как он, совсем не церемонясь, обрушивается на рот Миланы и усаживает ее на стол, пристраиваясь между ее ног. Даже не заботится о ее репутации. Вот только вместо ожидаемых воплей и возмущений от сестры я слышу ее довольный стон.

— Боже, — тихо шепчу и шмыгаю мимо пристройки, прямиком к лестнице.

Поднимаюсь быстро и, отпуская сонную Глафиру, одеваю мальчиков в дорогу. Несмотря на нетрезвое состояние, Олег приходит минута в минуту к тому времени, к которому мы условились пересечься. Держит в руках сумку, помогает вытащить мою.

— Такси ждет у черного входа, — говорит слегка заплетающимся языком.

Дети слегка канючат, не хотят никуда идти, но я присаживаюсь на колени и пытаюсь их как-то заинтересовать.