Двойная тайна от мужа сестры

— Поздравляю… — говорю невпопад, горько смеясь про себя. Какие видео? Какие кулинарные шоу? Моя жизнь рушится, а тетка всё о своем!

— Пф! Поздравлять не с чем, соревноваться там было не с кем! Ладно, это лирика. Я вылетаю к вам, девочка моя, без меня вы там, чую, не справитесь.

Тетушка в своем репертуаре, но, честно говоря, поддержка мне не помешает. Более того, я знаю, что только Элла сможет мне помочь и будет на моей стороне.

По ней не скажешь, что она из глубинки. За более чем двадцать лет она приобрела лоск, эпатажность и чувство стиля. Впрочем, как и моя гламурная мать. Только если Элла осталась всё той же доброй, то о Степаниде такого нельзя сказать. К сожалению…

— Скину время прилета сообщением, пошлешь Олега, пусть встретит, — безапелляционным тоном говорит тетка. — Боже, так хочу увидеть моих сладких булочек, соскучилась по ним ужасно! Целую гору подарков купила…

И бросает трубку, а я не успеваю даже слова вставить. А следом приходит СМС. Время прилета через три дня. Почему так долго? Я буду один на один с зубастыми акулами. Присаживаюсь на кровать, поражаясь, когда только успела дойти до спальни…

— Ев, — вдруг раздается надо мной голос Олега.

Вздрагиваю от неожиданности. Поднимаю голову и вижу мужа, который чешет виновато затылок.

— Где ты был? — сердито вскакиваю и тыкаю пальцем ему в плечо.

Больше не желаю слушать никаких оправданий. То, что он оставил детей в незнакомом им доме, уже не укладывается ни в какие рамки.

— Слушай, у меня такие новости, — радостно произносит, полностью игнорируя мои слова и возмущение.

— Я долго терпела, Олег, правда, — говорю с горечью, пытаясь достучаться до него, — но дети — это не игрушки, и я не позволю пренебрегать…

— Я был прав! — перебивает, как всегда, пропуская мои слова мимо ушей. — Аукцион, что устраивает твоя маман, его нужно отменить! Предметы искусства, которые она выставляет на продажу, они завещаны тебе, я запросил у этого, как его там, ну в очках который…

— Феликс Эдуардович, — стискиваю переносицу изо всех сил, хотя хочется дать ему затрещину, чтобы, наконец, очнулся.

— В общем, оценщик переговорил с твоей ушлой маман и поехал оформлять всю бумажную байду, а я — за ним! Сказал, что хочу проверить, что там да как, а потом мы вместе с Феликсом посмотрели списки для аукциона, там всё твое, — встряхивает меня за плечи, улыбается. — Так что пусть твоя мать сворачивает свой аукцион, мы сами продадим коллекцию. Ты даже не представляешь, во сколько она оценивается, мы будем богаты, Ев. А уж когда и акции станут нашими…

Сияет, как золотая монета, с выражением, мол, посмотри, какой я умный, делом важным занимался."

"— Умолкни! — рычу, толкаю в грудь и иду в сторону ванной.

Я так зла, что мне срочно нужно охладиться.