Двойня для капитана (СИ)

 — Вы прекрасно выглядите.

— Ладно, не ври. Не люблю ложь, — говорит дед. — Наклонись… — тянет руку к лицу Алины. — Посмотреть тебя хочу.

Он ощупывает ее глаза, волосы, нос, щеки, губы…

— Красивая… — дает заключение. — Верю, что влюбился, внук. Духи ей купи хорошие, а то пахнет у тебя, как кухарка из столовой!

Алина растеряно оглядывается. Я пожимаю плечами. Дед не утруждает себя церемониями.

— Простите, — смущенно прокашливается моя соседка. — Кушать готовила перед выездом. Котлеты…

Да, я предполагал, что до еды сегодня может и не дойти.

— Значит ты у нас хозяйственная и сердобольная. Вся в его бабку! — Выносит вердикт дед. Надо просто понимать, что в его устах — это высшая похвала. Хоть таковой и не звучит.

Подвожу к ним поближе коляску и беру деда за руку.

— Познакомься, — кладу его ладонь на детей, — только осторожно. Спят. Справа — Саня. А слева — Дмитрий.

Пальцы старика скользят по мелким. Морщинистое лицо на несколько мгновений разглаживается и будто светлеет.

— Ты посмотри какая история… Вот что тебе ещё скажу! — Грозит дед мне пальцем. — Не давай бабе мужиков воспитывать! А то опять получится абы что! — Делает жест в сторону комнаты.

Я вздыхаю. Ну а что… Из песни то не выкинешь слов. Отца и Дядьку воспитывала бабушка. Дед работал.

В кухню забегает мама с большой тарелкой.

— Ох… — увидев нас, останавливается в дверном проеме. — Руслан… Приехал! — Смотрит на меня с опаской. — А это у нас кто?

— Познакомься, мама, — приобнимаю Алину за плечи сзади. — Это моя невеста и сыновья.

Глава 29

Алина

От шума в комнате просыпаются дети, и я, пользуясь этим поводом, сбегаю обратно на тихую кухню.

Дрожащими от адреналина рукам развожу смесь и прямо в коляске кормлю детей. Они так не любят, но сейчас мне с ними даже присесть некуда.

Сердце стучит… И вообще, Господи, какой кошмар! Как такое можно говорить о детях?! О родных?! О женщине?!

Тихой тенью на кухню следом за мной просачивается мать Руслана.

Я даже вздрагиваю от ее появления.

— Ох… — оборачиваюсь, проглатывая чуть было не сорвавшиеся слезы. — Вы меня напугали.

— Я подумала, может надо помочь чем, — робко подходит она ближе. — Ты извини, что так… Мы не знали о тебе. О детях. У нас так не принято…

— Ну что вы… — хмыкаю, не готовая сейчас жалеть ни чьи чувства. — Говорите уж прямо. Ваши родственники не ожидали, что Руслан обзаведется семьей первым. Они потеряли большие деньги. Я бы тоже истерила.

— А ты, значит, не потеряла? — Прищуривается пытливо на меня женщина.

— Свои подозрения оставьте при себе, — резко отвечаю ей. — Или вы считаете, что ваш сын на столько способен себя не уважать, чтобы связать жизнь с дешевой девкой?!

— Извини! — Вскидывает примиряюще ладони мать Руслана. — Ты пойми, все на нервах.