Двойня от чужого мужа

А денег на новую как бы нет, – отпиваю чай из поллитровой кружки, тары поменьше у меня нет. – Н–да, не густо.

Тем не менее углеводы и сахар делают свое дело. Или сахар тоже относится к углеводам? В сущности, все равно. Главное, настроение из абсолютно депрессивного преобразуется в нейтрально–депрессивное.

Купленный на первую годовщину с Лешей наряд портит дальнейшее повышение моего настроения. Особенно когда и без того напряжно с финансами, я зачем–то приобрела совсем не практичное платье, которое я надену максимум несколько раз.

– А верну–ка я тебя в магазин! Молния все равно заедает, и две недели не прошло, – воодушевляюсь новым планом.

Действие всегда помогает при душевных проблемах, да все, что угодно помогает, лишь бы не сидеть и рыдать, глядя в потолок и вспоминая отношения с Власовым.

В торговом центре мне везет, даже не приходится начинать ругаться, девушки–сотрудницы забирают платье без лишних вопросов.

– Только вам нужно заполнить заявление на возврат, вот, я распечатала, здесь все понятно. У вас паспорт с собой? – осведомляется одна из продавцов–консультантов, протягивая мне распечатанное заявление.

– Да, с собой, – киваю, роясь в сумочке, – сейчас все будет. Деньги сразу вернутся на карту?

– В течение трех рабочих дней, все зависит от банка.

– Что ж, и то хлеб.

Почти заканчиваю с заполнением заявления, как чувствую рядом удушающих запах чего–то рыбного. Мой желудок реагирует моментально, стремясь избавиться от завтрака.

– Девочки, фиш–ролы купила, сегодня у нас рыбный день, разбирайте, – говорит одна из сотрудниц, неся с собой бумажный пакет с источником запаха.

– Где туалет? – перебиваю я ее, прикрывая рот ладонью. – Быстрее! Мне срочно надо!

– Выйдите из магазина и направо, – растерянно отвечает девушка.

– Я скоро вернусь, – бросаю платье с заявлением на кассе и, прихватив паспорт, несусь в сторону уборной.

К счастью, я успеваю, ничего ужасного не случается. Стыдно не будет.

Плещу в лицо холодной водой и думаю о том, что варенье придется выкинуть. Хотя странно, оно вроде почти вечное, да и не было на нем никакой плесени или еще чего–нибудь, чтобы я подозревала его в несъедобности.

– Извиняюсь, – возвращаюсь в магазин к кассе, – резко стало нехорошо.

В помещении все еще витает слабый запах рыбы, невольно кривлюсь, его учуяв, и слабый желудок снова провоцирует тошноту, но уже не до таких резких действий, как в прошлый раз.

– Моя сестра тоже, как забеременела, не могла переносить запах рыбы, – со знанием в голосе произносит одна из продавцов–консультантов, – вы еще с мясом сырым будьте поаккуратнее, на него у нее вообще крышу сносило, в первый триместр ее мужу приходилось готовить себе отбивные.

Дописываю заявление и отдаю его.