Двор Тумана и Ярости

Я развернулась:

— Я не…

Дерево глухо ударило об ковер, и у двери появилась вторая небольшая кровать. Рис плюхнулся на нее, стягивая сапоги.

— Неста просто восторг, кстати.

— Она… сама себе на уме, — сказала я. Это было, пожалуй, лучшее, что я могла о ней сказать.

— Впервые за много столетий кому-то удалось с такой легкостью довести Кассиана до бешенства. Как жаль, что они собираются прикончить друг друга.

Часть меня содрогнулась при мысли, какое наступит опустошение, если они вдвоем вдруг решат прекратить борьбу.

— И Элейн, — вздохнув, сказал Рис, снимая другой сапог, — не стоит выходить замуж за сына лорда по дюжине причин, не последняя из которых тот факт, что тебя не пригласят на свадьбу.

Хотя, возможно, это и к лучшему.

Я прошипела:

— Не смешно.

— По крайней мере, тебе не придется отправлять подарок. Сомневаюсь, что ее свекр соизволит его принять.

— И у тебя хватает наглости зубоскалить над моими сестрами, когда твои собственные друзья — это одна сплошная мелодрама? — Его брови приподнялись в немом вопросе. Я фыркнула. — Ах, как это ты еще не заметил, как Азриэль смотрит на Мор? Или как она сама иногда смотрит на него, защищает его? И как у них обоих так хорошо выходит делать из Кассиана преграду между ними большую часть времени?

Рис поднял на меня взгляд.

— Лучше оставь эти наблюдения при себе.

— Считаешь меня сплетницей? Моя жизнь и так никчемна — зачем же распространять лишние страдания вокруг?

— Она никчемная? Твоя жизнь, я имею в виду. — Осторожный вопрос.

— Я не знаю. Все происходит так стремительно, что я не знаю, что чувствую. — Самый честный мой ответ за последнее время.

— Хммм. Пожалуй, когда мы вернемся домой, я дам тебе выходной.

— Какой ты заботливый, мой Лорд.

Он фыркнул, расстегивая свой камзол. До меня вдруг дошло, что я стояла в нарядном платье и драгоценностях — и мне совершенно не в чем спать.

Рис щелкнул пальцами, и моя пижама — и какое-то полупрозрачное нижнее белье — оказались на кровати.

— Я не смог решить, какой же клочок кружева я хочу, чтобы ты надела, поэтому дал их тебе несколько на выбор.

— Свинья, — грубо ответила я, схватив одежду и направляясь в соседнюю ванную комнату.

В комнате было тепло и уютно, когда я вышла оттуда.

Рис лежал в призванной из ниоткуда кровати, весь свет был потушен за исключением потрескивающих углей в очаге. Даже простыни были теплыми, когда я скользнула под свое одеяло.

— Спасибо, что согрел постель, — сказала я в темноту.

Он лежал ко мне спиной, но я ясно услышала его слова, когда он сказал:

— Амаранта ни разу не поблагодарила меня за это.

Все тепло испарилось.

— Она слишком мало страдала.

Совершенно недостаточно, за все то, что она сделала. Со мной, с ним, с Клэр и многими другими.

Рис не ответил.