Двор Тумана и Ярости

Я не должна была выглядеть чересчур заинтересованной, блуждая по улицам и докам, не могла задавать слишком много наводящих вопросов о сокровищах и легендах Адриаты у встреченных мною прохожих. Даже проснувшись с рассветом, я заставила себя дождаться подходящего времени, прежде чем отправиться в город, и перед этим принять ванну дольше обычного, чтобы тайно попрактиковать водную магию. И хотя спустя час создание водных животных мне наскучило… это стало получаться легко. Возможно, благодаря моей близости к Тарквину, благодаря какой-то тяге к воде, что уже присутствовала в моей крови и душе… В любом случае, мне определенно нельзя было об этом его спрашивать.

Как только завтрак был наконец-то подан и съеден, я придала себе слегка скучающий и бесцельный вид, идя по сияющим коридорам дворца в направлении выхода в пробуждающийся город.

Маловероятно, что кто-нибудь узнал меня, пока я мимоходом проверяла магазинчики, дома и мосты на любой отблеск заклинания, которое бы показалось мне похожим на Тарквина, и я сомневалась, что у кого-то вообще могли быть основания узнать меня.

"Глубокие повреждения покрывали здания, улицы — кара за их восстание: следы пожаров, обрушенные куски камня, целые здания, обращенные в руины. Задняя часть замка, как и уверял Тарквин, была лишь на полпути восстановления. Три башни были наполовину разрушены, песочно-коричневый камень был обуглен и крошился. Никаких следов Книги. Рабочие в башнях и во всём городе усиленно трудились, чтобы восстановить разрушенные районы.

Все, кого я видела — Высшие Фэ и фейри с чешуей, жабрами и длинными перепончатыми пальцами — казалось, все они постепенно исцелялись. Тех, у кого были шрамы и отсутствовали конечности, было больше, чем я могла сосчитать. Но в их глазах… В их глазах горел свет.

Я спасла и их тоже.

Освободила их от всевозможных кошмаров, творившихся здесь в течение пяти десятилетий.

Чтобы спасти их, я совершила ужасный поступок… но я их спасла.

Этого никогда не будет достаточно, чтобы искупить вину, но… Я больше не чувствовала себя так подавленно, несмотря на то, что пока не нашла отголоска присутствия Книги, возвращаясь на третью ночь во дворец на вершине холма, чтобы дождаться рассказа Риса о заседаниях днем и узнать, удалось ли ему самому что-нибудь обнаружить.

Поднимаясь по ступенькам дворца и проклиная себя за то, что так и осталась не в форме даже после всех уроков Кассиана, я заметила Амрен, усевшуюся на край балкона башни и чистящую свои ногти.