Двор Тумана и Ярости

Вот почему он стоял возле меня на возвышении.

Я стиснула зубы. Кто, по их мнению, нападет на нас в нашем собственном доме, на нашей земле, если только они не были уверены, что Хайберн готовит нападение? Даже Ианта перестала бормотать в конце зала, внимательно наблюдая за встречей.

Вероятно, беседа будет не такой как другие."

"— Пожалуйста, Высший Лорд, — говорила фейри, кланяясь так низко, что ее чернильного цвета волосы касались мрамора. — В озере не осталось больше рыбы.

Лицо Тамлин было словно гранит.

— Несмотря ни на что, вы обязаны заплатить.

Корона на его голове мерцала в дневном свете. Украшенная изумрудами, сапфирами и аметистом, золото было выплавлено в форме первых весенних цветов. Одна из пяти корон, принадлежащих его роду.

Фейри вытянула вперед руки, но Тамлин перебил ее.

— Никаких исключений. У тебя есть три дня, чтобы преподнести то, что ты должна — или в два раза больше во время следующего Оброка.

Это было настоящей пыткой удержаться от взгляда на непреклонное лицо, на безжалостные слова. В конце зала, Ианта кивнула в знак подтверждения непонятно кому.

Водным призракам нечего есть — как он думает, она принесет ему еду?

— Пожалуйста, — прошептала она сквозь заостренные зубы, ее серебристая кожа заблестела, когда она начала дрожать. — Ничего не осталось в озере.

Лицо Тамлина не дрогнуло.

— У тебя есть три дня..

— Но у нас нет золота!

— Не перебивай меня, — сказал он. Я отвела взгляд, не в силах выдержать это безжалостное лицо.

Она еще ниже склонила голову. — Прошу прощения, мой Высший Лорд.

— У тебя есть три дня до выплаты, или приноси в два раза больше в следующем месяце, — повторил он.

 — Если ты этого не сделаешь, тебе известны последствия. Тамлин махнул рукой в знак разрешения уйти. Конец беседе.

После последнего, лишенного всяких надежд взгляда, она вышла из зала. Когда следующая фейри — с козлиными ногами и держащая нечто, напоминавшее корзинку с грибами — терпеливо ждала приглашения подойти к возвышению, я повернулась к Тамлину.

— Нам не нужна корзинка рыбы, — прошептала я. — Зачем заставлять ее вот так страдать?

Он взглянул туда, где отошедшая в сторону Ианта позволяла существу пройти, ее рука покоилась на жемчужном поясе.

Как-будто женщина вырвет его у нее, дабы использовать в качестве платы Оброка. Тамлин нахмурился.

— Я не могу делать никаких исключений. Сделаешь один раз, тогда все будут требовать того же.

Я вцепилась в подлокотники моего кресла, небольшое деревянное сидение рядом с его гигантским троном, украшенным вырезанными розами.

— Но ведь нам не нужны эти вещи. Зачем нам золотое руно или банка варенья? Если у нее нет рыбы, три дня ничего не решат.