Дым без огня

Я стыдливо опустила голову, не выдержав тяжести его обвиняющего взгляда. И чего уставился, спрашивается? Как будто я не имею право поцеловаться с Томасом. А он смотрит на меня так, будто я настоящее преступление совершила! То же мне, поборник морали и нравственности!

— Должен ведь я был каким-то образом доказать этому следователю Генри, что перед ним действительно моя невеста, — равнодушно пожал плечами Томас, явно не видя ничего страшного в таком поступке. — Так вот, когда я поцеловал Аль, то ощутил…

— Томление в чреслах, — не пойми почему, вдруг ляпнула я.

Сама не понимаю, почему это у меня вырвалось! Я совершенно не собиралась лезть в разговор и обращать на себя внимание всех присутствующих. Хотела сидеть тихо-тихо как мышка и всеми порами тела впитывать драгоценнейшую информацию. Но фраза Томаса вдруг напомнила мне проклятые книжки из обширной библиотеки матери. Там, помнится, постоянно про это самое томление в чреслах писали, которое обязательно происходило при поцелуях. Понятия не имею, что именно под этим подразумевалось. Например, когда меня целовал Джед, то я ничего подобного не испытывала. Было очень страшно, что нас могут застукать. И стыдно. Но эти эмоции перекрывала радость того, что любимый рядом.

Поцелуй Томаса был совершенно иным. Тогда я действительно ощутила… нечто. Что-то, от чего сладко заныл живот в предчувствии небывалого наслаждения. Наверное, именно это и было тем самым томлением в чреслах.

— Что? — осекся Томас и недоуменно уставился на меня. — Что ты сказала?

— Да я так, — смущенно замямлила я, как никогда ранее мечтая откусить свой слишком говорливый язык. — Просто…

— Томление в чреслах, — хохотнул Велдон, который, к моему величайшему сожалению, слишком хорошо расслышал мои слова. — Эх, что за сочетание такое забавное. Томление в чреслах!

И добродушно рассмеялся.

— Не вижу ничего забавного, — огрызнулся Томас. — Я тебе не девица, Аль, чтобы томление в чреслах испытывать.

Я изумленно вскинула бровь. Ого! А ведь лорда Бейрила всерьез задела моя случайно оброненная фраза. Ишь как взвился. И почему, спрашивается?

— Да ладно тебе, — пробасил Велдон. — Лучше давай, поведай мне, что за томление ты ощутил."

"— Ну, на самом деле я действительно ощутил нечто странное, — пробормотал Томас, прежде кинув на меня еще один уничижающий взгляд, словно предупреждая, чтобы я не смела больше лезть в этот разговор. — Знаешь, мои способности вдруг резко возросли. И я прочитал мысли Генри даже на расстоянии, без тесного телесного контакта! Сначала я подумал, что мне все почудилось. Потом проверил, когда взял его за руку. Нет, все так. Я на самом деле проник в его воспоминания, когда целовал Аль.

— Ого! — уважительно воскликнул Велдон.