Секреты «Голубого рифа»

 – Отлично, тогда мы можем…

– Есть ещё одно условие, – ровным голосом продолжил Барри. – Главную роль сыграет не Шари, а Элла. Иначе о камере можете забыть.

«Шальная пятница», часть I

– Элла?! – почти одновременно воскликнули Крис и Финни.

Шари разинула рот. Блю покраснела от досады. А я пропустил летящую в меня фрисби, и она попала мне прямо в лоб. Ай!

– Вот именно – Элла, – повторил Барри, а я потирал лоб. – И Кармен тоже получит важную роль, ясно?

Продюсер и режиссёр стиснули зубы.

– Мы подумаем, – выдавил Крис. Он не хуже нас знал, что Элла набрала не слишком много голосов.

Наша рыжеволосая накачанная акула-молот Кармен тоже маячила поблизости – разумеется, совершенно случайно. Она обалдела не меньше Криса с Финни.

– Но… я вовсе не хочу сниматься! – запротестовала она.

Барри с недоумением посмотрел на неё:

– Просто я подумал…

– Очень мило с твоей стороны, – проворчала Кармен. – Но я бы предпочла заняться освещением, звуком и прочим. Вы не против?

Финни с Крисом переглянулись.

– Конечно, с удовольствием, – с видимым облегчением кивнул Крис. – Спасибо, что готова взять на себя технику.

– Можно мы с Юной займёмся монтажом? – вмешалась слонявшаяся поблизости Иззи. Она любила пёстрые наряды, и сейчас на ней было пурпурное индийское одеяние; её каштановые волосы растрепались – наверное, опять забыла причесаться. – Ну пожалуйста! Я как-то работала с программой для видеомонтажа и немного в нём разбираюсь…

Крис скептически посмотрел на неё: ведь он знал, что летучая рыба-оборотень – наша самая неорганизованная одноклассница. Но потом, чуть поколебавшись, улыбнулся Иззи и Юне:

– Ладно. И спасибо.

Я знал, что Крис симпатизирует Иззи – однажды он, не спросив нас, даже взял её с собой в наше тайное укрытие. Именно там, на затонувшем корабле, нам сейчас снова предстояло собраться на кризисное совещание. Я ужасно жалел Джаспера, который печально смотрел нам вслед. Надеюсь, затея с подводной лодкой удастся и в будущем он сможет быть с нами!

Едва мы нырнули и превратились в ржавом внутреннем отсеке, где всегда было влажновато, Финни тут же начала ругаться:

– Эта вонючая, наполовину переваренная селёдка ещё шантажировать нас вздумала! Наглость несусветная! Барри надо отодрать все чешуйки по одной!

– С удовольствием, – буркнул я. – Думает, раз у него есть камера, значит, он может сорвать нам съёмки! У этих барракуд зубов больше, чем совести!

Крис, Блю и Ной тоже ругались во всю мощь своих человеческих лёгких.

Только одна из нас молчала. Та, кого это непосредственно касалось и которая напрасно радовалась главной роли. Наконец я спросил Шари, пытаясь угадать по лицу её настроение:

– А ты что обо всём этом думаешь?

– Да знаешь, может, оно и к лучшему.