Еда и патроны

– Я, признаться, тоже не каждый день лечу наемников, способных поддержать беседу без чередования русского языка с матом в равных пропорциях. А случилась со мной не такая уж и интересная, в сущности, история. Года три тому назад – как время летит – работал я в муромском госпитале. Вообще-то я там с семнадцати лет работаю… работал, простите, но тот год для меня стал последним. А начиналось все так замечательно. Меня как раз тогда заведующим хирургическим отделением назначили, это почти через тридцать лет работы, но радости все равно было хоть отбавляй. Гордый ходил. Признание, почет, уважение… И буквально через пару недель поступает ко мне парень молодой, вашего возраста примерно, с раздробленным бедром и рваными ранами мягких тканей.

Прораб, строительством участка стены руководил. Говорили, что свая железобетонная сорвалась при установке. Операция длилась одиннадцать часов, ногу мы залатали, думали, что спасли, но… увы, началась гангрена. Конечность ампутировали, однако было уже поздно, заражение пошло дальше, и пациент умер. А потом выяснилось, что паренек – двоюродный брат жены Грицука.

– Мэра муромского? – уточнил Стас.

Доктор уже снял бинты и начал обрабатывать швы спиртовым раствором.

– Его-его. Ну и, сами понимаете, карьера моя стремительно понеслась под откос. Да что там, у меня замаячила на горизонте вполне реальная перспектива вместо ступеней карьерной лестницы по ступеням эшафота подняться. Но закончилось все не столь драматично – дали мне день на то, чтобы собрать вещички и убраться из города. Я тогда, признаться, даже рад был, как-никак, жив остался, но нервы мне изрядно потрепали. Хорошо, хоть семьей обзавестись не успел, а то ведь… Так-то вот – тридцать лет безупречной службы, и коленом под зад.

Извините.

– Да, грустно. А в отряд-то вы как попали?"

"– Случайно. Когда меня из Мурома выгнали, я с первым же подвернувшимся обозом во Владимир отправился. Не в трущобах же пригородных гнить. Но и тут моя черная полоса не закончилась. На обоз напали, сами понимаете кто, меня чуть было в расход не пустили. Слава богу – догадался объяснить, что я врач, что могу быть полезен. С тех пор и живу здесь, на базе. Первое время, конечно, тяжко было. Не мой это круг общения, да и находился я здесь на птичьих правах, как пленный.

Но потом привык, своим стал до некоторой степени. – Доктор невесело усмехнулся. – По крайней мере, здесь меня ценят, да и живется в принципе неплохо.

– Неужели не тянет в город?

– Вы знаете, нет, не тянет уже. Общения нормального, конечно, не хватает. Я здесь в основном только с командиром и разговариваю, а с остальными – так… по необходимости только. Но это терпимо. С вами вот побеседовал, мне теперь на неделю хватит. Жаль только, что друзья все в Муроме остались.