Еда и патроны

 – Что же ты о людях-то как о скотине? Ему это ружье для чего нужно-то? Чай, не по людям стрелять, а по зверью дикому! Вот пущай и ходит с ружьем. И нечего ему тут пистоли свои совать! Знаем мы – сначала пистоль, потом автомат, потом винтовки эти всякие, и пошло-поехало. Там уж и на людях попробовать захочется, а потом пулю в башку словит!

– Пулю он хоть сейчас от рейдеров словить может, – попытался возразить Стас. – И что? Скажете, от них и отстреливаться не надо? Люди же.

– Типун тебе на язык твой поганый! – протараторила тетка, сплюнула три раза через плечо и снова взялась креститься.

– А что типун-то? – взял Стас инициативу, почувствовав собственную правоту. – Сейчас вон как дадут залп из кустов, попрячемся за телегу, кому повезет, и придется отстреливаться. Как думаете, будет вам тогда разница, из какого ствола этот малец жопу вашу прикрывать станет?

Тетка насупилась и запыхтела, но промолчала.

– Я, может быть, и с вами автоматом поделюсь. Вместе-то сподручнее людей убивать, – закрепил Стас достигнутое преимущество, сделав ударение на слове «людей». – Вы вообще как, стрелять-то умеете?

– Нет! – рявкнула тетка, не оборачиваясь.

– Пло-охо, – снисходительно пожурил Стас и подмигнул развеселившемуся парнишке. – И что же вы делать будете, когда стрельба начнется? Может, тюками своими бандитов закидаете? А-а, я, кажется, догадываюсь – вы за спины наши спрячетесь. Да? Пусть другие людей убивают, а мы, чистенькие да набожные, только креститься будем. Так?

Совершенно деморализованная тетка молча обняла один из своих баулов, не надеясь более донести слова истины до злобных и кровожадных самцов.

– Складно поешь, – неожиданно подключился к беседе дед.

 – Только ты вот скажи мне, долго ли пацан этот протянет супротив матерых бандюков?

– Скорее всего, недолго, – признался Стас. – Но и это вопрос спорный. В любом случае живым я бы ему даваться не посоветовал. Перспективы не особо заманчивые.

– А какие? – боязливо поинтересовался парнишка.

– Ну, самая радужная – прием в банду.

Испуг на лице мальчугана сменился спокойным, даже почти мечтательным выражением.

– Походишь в рейды месяца два, а то и год, если повезет. А потом подстрелят тебя. Либо обозные, либо наемники, а то и свои же грохнут за лажу какую.

Будешь валяться у дороги с дыркой в пузе и помирать. Медленно-медленно. Рейдеры, когда отступают, раненых не выносят – это их правило. Интересы банды в целом – превыше всего.

– А если не примут, тогда что? – спросил парень, быстро растеряв весь романтический настрой.

– Как тебе сказать? – Стас изобразил задумчивость и поймал на себе осуждающий взгляд деда. – Мал ты еще. Ладно, на, с автоматом пока поиграйся, может в жизни пригодиться. Держал такой в руках-то?

– Ага, дядя Коля давал поглядеть.