Единственная

Джар с Илэром понятливо усмехнулись, а я нервно перекинула еще влажные волосы на грудь. Сразу захотелось форму надеть. Подумаешь – жарко! Ничего, зато не глазеют, как на изделие из интим-салона!

Не выдержав слишком откровенных, отчасти плотоядных взглядов, я, словно невзначай, потерла бровь, скрывая загоревшееся, наверняка покрасневшее лицо, и придвинулась к опекуну. Близко встала, касаясь плечом его обнаженной руки, теплой, неизменно дарившей ощущение защищенности. Сам он даже не шелохнулся, словно привык, чтобы я его касалась. Или кто-то другой?

«Может, у него есть женщина?» – мысль неожиданно опечалила меня и добавила опасений. Ведь тогда иномирянка, даром что сказочно красивая, быстро утратит для него интерес. Ситуация с вызовами рантан и семейными базами весьма непонятная, а участи лешек я категорически не хочу. Не знаю, до чего бы еще додумалась, если бы не вспомнила слова Илэра о том, что, будь у Джара женщина, его бы здесь не было. И то хлеб!"

"Мой опекун произнес несколько фраз резким командным тоном – и новички неохотно отвернулись от меня и занялись раненым. Сам пострадавший, наверное, вспомнив о своем плачевном состоянии, со стоном запрокинул голову и закрыл глаза. Впервые в жизни я вызвала подобный ажиотаж у противоположного пола и даже действовала в качестве анестетика, но радости не испытала, наоборот – тряслась как осенний лист.

Один из прибывших бойцов оказался медиком. У него дрифт немного отличался: по бокам располагались карманы-контейнеры, назначение которых вскоре выяснилось. В них хранились медикаменты и приборы для оказания помощи в полевых условиях. Как раз для подобного случая. Медик сделал раненому сразу несколько инъекций, отчего тот обмяк, и занялся вывернутой ногой. Смотреть, как на окровавленной ноге вправляют кости и соединяют ткани, я не смогла. Отвернулась и уткнулась лбом Джару в плечо.

Странно, но в тот момент у меня даже капельки сомнения не возникло, что я не имею на это права, перехожу границы дозволенного или меня оттолкнут. И его неуверенное движение – он осторожно погладил меня по голове – тоже не показалось неприемлемым и пугающим. Наоборот, нехитрая ласка, сродни родительской, позволила глубоко вдохнуть и расслабиться. Уверенность и спокойствие опекуна передались и мне.

Разоблачившиеся космодесантники что-то коротко обсудили на ранте; думается, выясняли про других бойцов группы зачистки. Илэр показал глазами на вершину, потом в сторону межзвездника, который должен нас через несколько дней найти. Все четверо похмыкали раздраженно и разошлись по делам.

Через несколько минут у меня за спиной кто-то невнятно прошипел:

– Зови меня Вьят.

Я резко обернулась.