Егерь императрицы. Гвардия, вперёд!

Разумеется, никакой речи об охоте не было, и только после её окончания в полк послали с извещением о выделении конвоя из конных егерей.

Глава 3. Самый дорогой человек!

Рождественские праздники проходили весело, работы были уменьшены, выходы на учения и стрельбы перенесли на середину января. Перед Рождественским сочельником полк был поднят пораньше. Как известили Егорова, перед обедом гвардейских егерей желала посетить сама императрица.

Вновь стояли вытянутые в шеренги роты, встречая государыню громогласным «ура». Кутаясь в горностаевое, белоснежное с чёрными пятнами манто, она с улыбкой оглядывала ровные воинские ряды.

— Валентин Платонович, зачитывай рескрипт! — махнула она перчаткой, и из свиты выкатился круглолицый, розовощёкий вице-президент военной коллегии, генерал-аншеф Мусин-Пушкин.

— …Высочайшим повелением, за ратные труды и проявленную в баталиях с турками доблесть, — громко зачитывал он свиток, — заместителю командира гвардейского полка Хлебникову Вячеславу Николаевичу присваивается чин премьер-майора. Командирам батальона Скобелеву Александру Семёновичу и Дементьеву Сергею Андреевичу — чин премьер-майора…

А вот после штаб-офицеров уже зачитывают и ротных командиров…

— Награждаются Военным орденом Святого Великомученика и Победоносца Георгия командиры рот: Иванов Данила Иванович, Максимов Леонид Дмитриевич, Тарасов Сергей Сергеевич, Крыжановский Сергей Михайлович, Топорков Григорий Васильевич и Осокин Тимофей Захарович с присвоением им капитанского чина…

«Ура!» — ликовал Лёшка. Все ранее подаваемые им и потом «придержанные» представления на командиров рот из «старичков» наконец-то утвердили, и люди получат свои заслуженные награды. Даже Топоркова Гришу сверх того удалось на кавалерство протолкнуть. Всё справедливо, истинные герои, действительно заслужили ребятки!

— …А также сим орденом с присвоением капитанского чина награждается командир конно-егерского эскадрона Воронцов Андрей Владимирович, — зачитывал далее список генерал-аншеф."

"«Однако! — удивился Алексей и, увидев святящееся, довольное лицо Платона Зубова, стоящего среди свиты, всё понял. — Да и бог с ним, — выдохнул он облачко пара на мороз. — Рановато, конечно, такие награды Андрюхе иметь, и через чин ему скакать рано, хотя офицер-то ведь он храбрый и грамотный, вон как хорошо у Дуная в поисках повоевал. Пуща-ай награждают, жалко, что ли?! Свой ведь, родной как-никак…»

— Проведи-ка меня вдоль строя, Алексей Петрович, — попросила бригадира Екатерина. — Обустроились на новом месте, обжились немного?

— Так точно, государыня, — кивнул Егоров. — Уже и к караульной очередной службе приступили.