Егерь императрицы. Гвардия, вперёд!

Через неделю, двадцатого января, в это самое время мы уже должны будем пройти с десяток вёрст в сторону Кишинёва. Вся дорога рассчитана у нас на три недели, с днёвками отдыха в больших поселениях. В Бендерах, если нужно, даже и три дня будем квартироваться, потому как после полутора сотен вёрст пути впереди самый большой прогон у нас до Новоалександровки. Егеря и лошади передохну́т, да и все повозки оглядим и подремонтируем, если в том потребность будет. Так ведь, Александр Павлович?

— Так точно, господин полковник, — кивнул главный полковой интендант. — Темп движения вы задали серьёзный, и чтобы его выдержать, нам придётся исключить длительное время на приготовление пищи.

Но без горячего в долгом пути никак нельзя. Поэтому самая большая забота у меня сейчас о походных кухнях и поварах. Им простаивать с таким темпом никак нельзя. Всё время в движении придётся быть, чтобы от пеших рот не отстать, а это значит, частая смена лошадей нужна и ещё помощники поварам. Да и то, боюсь, не поспеют кухни за колонной. Вроде и достаточно у нас коней с недавно переданными, а всё же думаю, не хватит их нам. Считайте, целую сотню придётся под верховую езду отдавать. Сами же говорили, что без конных дозоров никак нельзя по разорённой земле идти, потому как кто только с оружием тут не шастает. Проходили мы уже такое, сколько раз на обозы нападали. Так что если во временный егерский эскадрон коней у нас заберут, боюсь, их для обозов не хватит.

— Господин полковник, вопрос позвольте? — поднял руку присутствующий среди офицеров исполняющий обязанности начальника оружейной команды. — Сержант Афанасьев, — представился он, встав со скамьи.

— Конечно, говори, Василий, — кивнул Егоров.

— Господин премьер-майор поведал о том, что кухни походные медленно на колёсном ходу едут, — посмотрел он на Рогозина.

— Медленно, — подтвердил тот, — да это и понятно, тяжесть-то большая, ежели в котлы вода с зерном загружены. Готовка-то ведь у них на ходу прямо идёт. Тут не особо-то разгонишься, могут и оси рассыпаться.

— Во-от, — протянул Василий. — Такая же беда и с моими фальконетами, и с полевыми единорогами — вроде и не большое с виду орудие, а тяжё-ёлое! Канониры несколько дней голову ломали и вон чего измыслили. Предлагают они орудия на санный ход поставить.

— Как это на санный ход?! — удивлённо воскликнули сразу несколько офицеров. — Да неужто же пушки на полозья можно выставить?"

"— Можно! — уверенно кивнул головой Афанасьев. — Мы и так и эдак покумекали с ребятками. Вполне себе такое возможно. Ну, повозиться, конечно, придётся, те же полозья к станинам крепя. Сами полозья выделать тоже весьма непросто, и времени на то совсем мало. Но ведь их можно и готовыми выкупить — или у местных, или втихаря у интендантов с чужих полков.