Его должница

Я же не трусиха! Почему трясусь?

Глубоко дышу, чтобы не испортить макияж и не зарыдать.

Резко встаю в полный рост и решительно стучу в дверь кабинета.

— Входи! — слышится голос Алексея из-за неё.

Нажимаю ручку и делаю шаг через порог.

Взгляд Баринова застывает на мне и удовлетворенно окидывает от макушки до кончиков туфель.

— Давай, — говорит он машинально в трубку. — До встречи, Саид.

Отключает вызов и опускает аппарат на стол.

— Вау! — одобрительно моргает.

Встаёт из кресла, берет со стола бархатную коробочку и подходит ко мне.

Цацки…

— Это тебе, — открывает ее и демонстрирует очень красивое бриллиантовое колье с серёжками в виде веточек. — Позволишь?

Я отрицательно мотаю головой. Язык не желает говорить.

— Аня, перестань, — тяжелеет его тон. — Это всего лишь подарок. И к платью подходит.

Он берет колье и, обойдя меня сзади, застёгивает мне его на шее. Целует в замочек на шейных позвонках.

Я прикрываю глаза. Это игра или двуличие?

— Давай, — отдаёт коробочку мне в руки. — Серьги надень сама.

— Послушай, Алексей! — начинаю уверено. — Я хочу знать, с кем ты сейчас говорил и о ком.

— Когда сейчас? — хмурится он и сжимает челюсть.

— Пару минут назад, — уточняю напряжённо. — Я все слышала. Я стояла за дверью, — дрожит мой голос. — Я требую сказать, о ком ты смел говорить в таком уничижительном тоне! — заканчиваю я уже на крике.

— Прежде всего! — рявкает он, обрывая меня, и добавляет уже тише. — Прежде всего, я хочу спросить тебя в ответ, какого хрена ты подслушивала? Я не обязан оправдываться за то, что у тебя появилась информация, изначально для тебя непредназначенная.

— И все — таки! — вздёргиваю я подбородок и поджимаю губы.

— И все-таки… — ухмыляется он. Отходит к сейфу, достаёт оттуда пистолет и засовывает его за ремень, прикрывая пиджаком. — И все-таки, прав Саид, когда говорит, что в женщине надо воспитывать уважение к своему мужчине, — он делает паузу и долго выдыхает. — Я не буду отвечать тебе, Аня. Потому что в твоей голове в положительную сторону это ничего не сдвинет, а вот напугать может основательно.

— Куда уж сильнее меня пугать! — я обхватываю свои плечи руками.

— Тебе нечего бояться, Аня, — Баринов подходит ко мне ближе и расстёгивает простенькие колечки-серьги в ушах. — Просто ты снова сама создала ситуацию, в которой даже если я поклянусь, что люблю тебя больше жизни, ты не поверишь. Я уже прикинул в голове примерный текст, который ты слышала.

— То есть, — я растягиваю губы в болезненной улыбке, — ты хочешь сказать, что мне все показалось?

— У меня для тебя встречный вопрос, — серьезно говорит Алексей, — Ты тогда готова смириться с тем, что все, что было между нами ранее, тебе тоже показалось?

Я зажимаю уши руками и мотаю головой.

— Нет, не готова. Я ни к чему не готова.