Его должница
Она — сотрудница колл-центра, которая в первый же день обнаруживает, что попала на работу к телефонным мошенникам. Он — влиятельный мужчина, которому она когда-то отказала в отношениях. Теперь ей нужны деньги, чтобы спастись от преступников, а ему по прежнему нужна она.— Пожалуйста, помогите мне, — от унижения слезы подкатывают к горлу. — Они мне угрожают.— Ты же говорила, что никогда ко мне не придешь, — Алексей окидывает меня тяжелым взглядом и ухмыляется. — И чтобы я засунул свои деньги… Напомни мне куда? — Пожалуйста, — шепчу упрямо. — Я очень боюсь за родных. — Ты знаешь условия, на которых я согласен помочь, — этот гад откидывается на спинку стула. — Ты готова стать моей собственностью?Сердце в панике сжимается.— Я готова…
Мама «ушла», когда Ксюха родилась… — гаснет ее голос.
— А ее отец, — добиваю я этот вопрос."
"— Бабушка так и не добилась, кто и как так вышло… — жмёт плечами. Странная история там.
— Понял, извини.
— Да все хорошо… А у тебя? Есть кто-то из родных? — спрашивает звенящим, нарочито бодрым тоном. — Зачем одному такой большой дом?
Вопрос заставляет напрячься. В шейном отделе позвоночника начинает ныть. Не стоит пока юным девушкам ходить в эту сторону моей жизни.
— Вот ты мне и родишь, — подмигиваю Ане, переводя вопрос в шутку. — Двоих — троих?
— Я… — вижу, как распахиваются ее глаза, становясь блюдцами. — Не шутите так, — просит напряжённо.
Мгновенно и необъяснимо вскипаю. А почему, собственно, нет? Снова не подхожу? Да я, если решу, спрашивать тебя не буду… Зараза!
— Успокойся, — цежу. — Это вообще не моя тема.
Глава 15. Качели.
Аня
— Ты не любишь детей? — не понимаю я его резкой реакции.
— А что в них хорошего? — Алексей жмет плечами. — Шум, грязь, беспорядок…
— Ясно, — отзываюсь, поджимая губы.
Я, конечно, не собираюсь рассказывать Баринову про то, что дети — это прекрасно, но за Ксюху обидно. Она у меня классная.
— Что тебе ясно, — язвит он. — Презервативы не зря придумали…
— Наверное, — перебиваю его. — Таким, как вы, они действительно нужны… — выпуливаю фразу и осекаюсь, понимая ее двусмысленность.
Грохот посуды подтверждает мое предположение.
Баринов оборачивается и начинает надвигаться «тайфуном вместе с песчаной бурей одновременно» в мою сторону.
Губы сжаты, ноздри подрагивают, глаза прищурены… Я теряюсь.
— Повтори, — шипит он. — что там мне нужно?
Первой мыслью хочу убежать, но опустив ноги на пол, тут же ощущаю резкую боль. Черт!
Алексей заставляет меня больно врезаться затылком в стену и смотреть ему в глаза.
— Своему бывшему чмошнику будешь такие советы давать! — повышает он на меня голос. — Ты поняла?
Я вжимая голову в плечи.
— Извините, — лепечу. — Я не это имела ввиду. И Никита он…
— Мне плевать, что ты там имела ввиду, — шипит Баринов. — Прежде чем пустить тебя в свою постель, я тебя проверю, как уличную кошку. Анализы, гениколог, стоматолог…
— Я здрова, — отвечаю сдавлено и чувствую, как горло начинает сводить от обиды. — У меня в жизни только один мужчина был…
— И этот «мужчина» чуть ли не каждую неделю заводил себе новую девку! Хреновые рекомендации для тебя, не находишь? Неужели действительно на столько плоха?
Я задыхаюсь от несправедливой обиды. Мне мерзко и противно. За что? Что вообще он знает про Никиту? Почему так говорит?
Рука рефлекторно размахивается и прижигает Алексею по щеке.
Баринов с силой прижимает меня к себе, перехватывая руки за спиной. Целует. Властно, больно. Безжалостно вкручивает свой язык мне в рот и терзает губы.

















