Его должница
Она — сотрудница колл-центра, которая в первый же день обнаруживает, что попала на работу к телефонным мошенникам. Он — влиятельный мужчина, которому она когда-то отказала в отношениях. Теперь ей нужны деньги, чтобы спастись от преступников, а ему по прежнему нужна она.— Пожалуйста, помогите мне, — от унижения слезы подкатывают к горлу. — Они мне угрожают.— Ты же говорила, что никогда ко мне не придешь, — Алексей окидывает меня тяжелым взглядом и ухмыляется. — И чтобы я засунул свои деньги… Напомни мне куда? — Пожалуйста, — шепчу упрямо. — Я очень боюсь за родных. — Ты знаешь условия, на которых я согласен помочь, — этот гад откидывается на спинку стула. — Ты готова стать моей собственностью?Сердце в панике сжимается.— Я готова…
— Продажная девка. Мальчик так тебя неблагодарную любил. Ну ушла ты к мужику, но человека то бить зачем? Зачем подсылать?
— Кого бить? — не понимаю я, холодея. — Я никого не подсылала.
Глава 21. Точки понимания.
— Да? — не унимается несостоявшаяся свекровь. — Тогда почему у моего сына трещина в ребре и сломан нос?
— Понятия не имею, Галина Степановна! — повышаю я голос, а сама начинаю нервно ходить по кухне.
Нет, я, конечно, хотела небольшой сатисфакции от Никиты за отношение к себе, но не до такой же степени.
— Но ты знай, — угрожает женщина. — Я обязательно заявление в полицию напишу и тебя, как заказчицу укажу!
— Галина Степановна, да вы с сыном поговорите! — ловлю я новую волну нервозности и чувствую, как потеют ладони. — Это вообще-то он меня бросил! Какой мне смысл кого-то подсылать?
— Жди участкового, — отрезает она и бросает трубку.
«Да что ж такое!» — Топаю я от досады ногой, забывая о растяжении, и тут же падаю на попу на ближайший стул. Боль простреливает аж до игры. Слёзы брызгают из глаз. Я растираю их по щекам тыльной стороной руки.
Звонить Алексею и задавать вопросы неудобно. Если он посчитал правильным применить к Никите силу, значит, тот сам нарвался или заслужил. Я знаю, каким бывший парень может быть несдержанным на язык. Да и с заявлением, наверняка, мать Никиты просто блефовала, чтобы меня попугать, но… что хочу сказать? У неё получилось.
Снова сижу, трясусь и не знаю, как дожить до вечера.
Может быть, позвонить Никите? И что я скажу? Извинюсь?
Нет, нет и нет! Отмахиваюсь от идеи. Его моя безопасность не волновала, и меня не должна.
Радует одно — сегодня состоится суд, а значит, завтра вечером я уже смогу увидеть бабушку и сестру.
Кое-как успокоив себя, решаю заняться приятным делом сегодняшнего дня. Захожу на сайт магазина одежды и пропадаю на нем почти на полтора часа. В этот раз мои совесть и независимость помалкивают в тряпочку, потому что я больше не ощущаю Алексея для себя чужим мужчиной. Своим, правда, тоже не считаю, но мы сблизились очень сильно, и это — факт. Я даже жалею, что мы вошли с ним в наши отношения таким некрасивым образом… Может быть, случись все как-то иначе, у нас был бы шанс?
Отправляю заказ, закрываю страничку сайта и обхватываю себя руками за плечи, зависая глазами в одной точке.
Не сходится. В моей голове живет будто два Алексея Баринова, и я не могу понять, какой из них настоящий, а какой нарисован воображением. Но наверное, самое главное то, что в обоих этих мужчинах есть одна общая черта: с ними спокойно даже если глобальный трындец происходит по их вине. Поэтому, я до сих пор нахожусь здесь, в этом доме.

















