Его маленькая слабость

Беру с раковины несколько бумажных полотенец и протягиваю Ане, хотя бы стараясь делать вид, что ничего не вижу. Однако взгляд цепляется за, — ставшие неким фетишем, — хлопковые трусики натянутые коленями.

Эта девочка и в своих обносках меня с ума сводит. Что же будет, если ее в гипюр и шелк нарядить? Примерить ей все те бриллианты, что я на аукцион приготовил. Нарядить в такое же шмотье, как эти курицы в зале, что смели на нее коситься недобро? Да она на голову выше их станет!

Аня всхлипывает, и поправляет одежду. Расстроилась. Не нравится ей собственная беспомощность.

Подхватываю ее под локоть и веду к раковине. Включаю воду.

— Почему плачешь? — хоть и знаю ответ, но все же спрашиваю.

Молчит. Становлюсь за ее спиной и накрываю руки своими, подсовывая под теплую воду.

— Тут нечего стыдиться. Это естественная потребность и впредь не смей о таком молчать. Неловко было бы, если бы ты в итоге попыталась терпеть и оконфузилась бы при всем ресторане. А сейчас все в порядке.

— Не в порядке! — наконец протестует она. — Я будто ребенок малый, что вам со мной возиться даже в такие моменты приходится! Это не то… Потому вам и мерзко от меня становится… Я ведь...

— Не мерзко, — перебиваю ее я. Склоняюсь и целую в шею. — Если тебе станет спокойней, даже в таких обстоятельствах я продолжаю тебя хотеть.

Икает от неожиданности и замирает, уперев невидящий взгляд в зеркало. В подтверждение своих слов припираю девушку к раковине.

— Чувствуешь? — хриплю в ее ушко.

Судорожно вздыхает и едва заметно кивает. Поворачиваю Аню к себе лицом и на секунду касаюсь теплых губ поцелуем.

— Признаться, я уже устал ждать. Сил нет, — выдыхаю в ее приоткрытый ротик.

— Чего же вы ждете?

— Не могу позволить себе снова взять тебя в неподобающей обстановке.

Вижу, что ее заинтересовало упоминание «снова», потому продолжаю:

— В прошлый раз я брал тебя на рояли. Ты так великолепно стонала, что я по сей день не могу выбросить эти стоны из головы. Хочу услышать снова, — мои руки отправились в безотчетное путешествие по стройному телу.

Напугаю ведь…

Осторожно задираю юбку и касаюсь мягкого хлопка. Аня запрокидывает голову и прикусывает губу.

— Ну же, не сдерживай это, — мои пальцы ныряют под резинку трусиков.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Ммм, — выдыхает она мелодично.

Чувствую, как у меня кровь вскипает от этого звука. Ее стоны не похожи на то, что я привык слышать наедине с девушками. Не пошло, а нежно, смущенно, желанно… Можно до бесконечности перечислять. До появления в моей жизни голосистой барменши, я и не догадывался, насколько у меня восприимчивый слух. А уж тем более, что меня можно возбудить одним лишь звуком.