Его невинная малышка

Я не хочу, чтобы Адамов заподозрил меня в несогласии с ним, ведь ему все равно не понравится мое решение и тогда он может избавиться от ребенка без моего разрешения. А до того момента, как доктор возьмется за операцию, ко мне приставят надзирателей, после чего у меня не будет шансов сделать свой выбор. Лучше заблудиться ночью в лесу, чем оставаться в этом доме с этим человеком!

Решаю бежать. Ночью. Без денег, еды и оружия. Не зная местности и насколько опасна окружающая обстановка… Здесь намного хуже, чем в любом другом месте!

Я никогда не могла подумать, что родной отец – это лишение воли, свободы и своего мнения.

А спорить и доказывать свою правоту и точку зрения, когда отец в таком состоянии… Безрезультатно. Он одержим местью и слеп в своих действиях.

Я отказываюсь от осмотра и теста на беременность, делаю вид, что мне не нужен этот ребенок, и, в итоге, Адамов не подозревает меня во лжи.

После коротких переговоров с доктором, где он обсуждает точное время проведения операции и все необходимое для аборта, меня, наконец-то, оставляют одну. Я безумно была рада, что мы с отцом так и не сблизились, поскольку знал бы он меня лучше, то непременно бы догадался о моей хитрости.

Лгать я не умею.

До вечера у меня есть несколько часов, чтобы подготовиться. Я собираю удобную одежду, обувь. Затем рассматриваю через окно окружающую обстановку, которая меня совсем не радует, ведь на улице надвигалась буря, а охраны во дворе было около десятка человек. Но все же один плюс был… Внимательно осмотрев двор и оценив обстановку, я придумала план. Мой побег будет через сад с множеством деревьев и цветов, за которыми можно удачно спрятаться от надзирателей.

У окраины стояла ветвистая яблоня, по которой я смогу взобраться на высокий бетонный забор. Спрыгивать с трехметровой высоты будет опасно, но я готова была рискнуть.

Вот и все! Казалось, ничего сложного, но руки и ноги дрожали. Если меня поймают, отец все поймет и… Это будет конец!

Стук в дверь отрывает меня от волнения и раздумий. Я не успеваю ответить, дать разрешение войти, как в комнате сразу появляется Аня.

– Прости. – Ее взгляд виноватый, глаза заплаканные. – Я не хотела тебя выдавать. Надеялась, это поможет Марку, остановит его и заставит задуматься…

– Над чем? – холодно, скрестив руки на груди.

Больше я никому не верила.

– Что он теряет дочь, – мягко. – Я вижу, что он тебя любит, но это все… Не сердись на него.

– За то, что он хочет убить моего ребенка? Мне не сердиться? – срываюсь, выдавая себя.

– Но… Я думала, ты сама не хочешь его…

– Я еще не знаю, чего хочу! Мне не дали даже пяти минут подумать, принять случившееся и решить, что делать дальше. Все решили за меня!

– Тогда откажись от аборта! – просит она.