Его невинная жертва
– Ты сломал меня, ты выиграл. Я сделаю всё, что ты прикажешь, только отпусти моего брата.– Ты не сломана, Ками, ты просто любишь свою семью.– Да, я готова на всё.– Даже отдаться такому, как я?– Д-да…– Какое заманчивое предложение, наверное, стоит им воспользоваться? На что ты готова, чтобы спасти брата?– Абсолютно на всё...– Тогда кричи, Камилла…
По щекам начинают катиться слёзы. Меня разрывает изнутри от эмоций.
Влад, словно издеваясь еще больше, аккуратно, с нежностью, стирает слёзы с моих щёк. А я смотрю в его глаза и чувствую, что задыхаюсь. Пытаюсь сделать вдох, но не могу. Больно. Дышать больно. Так больно, что хочется расцарапать ногтями грудную клетку. А затем выцарапать глаза Туманову. Глаза, которые я считала самыми красивыми, от которых с ума сходила, которые сейчас, в эту минуту, смотрят с такой холодной решимостью.
– Я же говорил, что ты умная девочка. Всё понимаешь, – говорит мужчина.
А самое ужасное – я действительно понимаю, почему он это делает. Влад не может показать слабину. Это будет послание на будущее тем, кто сунется на его территорию – всех будет ждать смерть. Он оставит кровавое послание…
– Успокоилась? Тогда пошли.
Туманов снова ведёт меня к выходу. А я иду и думаю – разве можно успокоиться? Как это возможно?
Выходим на задний двор, где брата и четверых выживших снова ставят на колени, а вокруг… Останавливаюсь, как вкопанная, меня начинает тошнить. Смотрю и не верю своим глазам. Пусть всё это будет кошмарным сном! Вокруг лежат тела погибших. Столько тел! И все из-за меня…
Влад начинает что-то говорить, но я не слышу. Ни единого слова. Я пребываю в шоке. Многое в жизни пережила и многое видела, но столько жестокости, как сегодня… Я смотрю на эти тела – изуродованные, изувеченные, оскверненные… и не могу дышать, такое чувство, что и я умираю.
Никогда раньше не думала, что у смерти есть запах. А сейчас такое чувство, что я вся пропиталась им – не выветрить, не отмыться. Мне хочется упасть на колени и оплакать каждого павшего, каждого, кто отдал сегодня свою жизнь из-за меня.
Всё ещё пребываю в каком-то коматозном состоянии, когда меня оттесняют подальше. Понимаю, что Влад заставил выживших рыть могилу голыми руками…
Снова ухожу в себя, но через некоторое время моё внимание привлекают голоса. Смотрю на яму, та вырыта почти на метр вглубь. Перевожу взгляд на Даяна и понимаю, в чём дело... Тот отказывается рыть.
– Пошёл к черту! Я – Абрамов, и не собираюсь ничего делать! – кричит брат.
Даже сейчас он сопротивляется. На что он рассчитывает? Думает, что Влад ему ничего не сделает?
Ох, брат…
– Я начну считать, а если ты не будешь рыть, я убью всех твоих людей, а последним пулю в лоб получишь ты, – спокойно говорит Влад.
И он не шутит. Он сделает это.
– Никогда я не стану принимать приказы от такого, как ты. Ты – никто, грязь под нашими подошвами…
– Один, – говорит Влад и…
Один из его людей пускает пулю в лоб человеку Даяна."
"Я даже не кричу. Просто вздрагиваю всем телом от звука выстрела. Адреналин несётся по венам. И дикий страх разрастается внутри. Даяну нужно подчиниться.

















