Его величество бастард

— Поверь, мама, у них хватает своих проблем, — тем временем запальчиво высказывалась Венделин. — Они регулярно страдают от извержений и их последствий, их дома рушатся, так что все поселение приходится отстраивать заново, не говоря уже о жертвах, которые приносят маги, чтобы защитить простых жителей от прорывающихся искажений и прочего. Представь себе, мы тут живем куда более спокойно и мирно, чем Риоркан на своей драгоценной поверхности. Но если отцу так хочется, у нас может быть то же самое, но без войны! Если же он убьет Кирсана и уничтожит Риоркан, мы лишимся, возможно, единственного шанса получить все сразу: и каверну, и территорию над ней.

Красноречие Венди иссякло, и она уставилась на мать умоляющим взглядом.

Переубедить отца будет тяжело. Но хоть попробовать-то нужно!

Ивола вздохнула. Рушить девичьи мечты больно, но необходимо.

— Это замечательно, что ты так защищаешь простых людей, — мягко заметила княгиня, — только вот ты забываешь один немаловажный факт: твой народ здесь, а не там. Ты обязана думать о благе Тираярна… и принести в жертву все, что мешает ему процветать. Артефакт у Норберта уже есть. Поверь мне, наши мастера не идиоты и быстро разберутся, как он работает. Найти мага огня тоже не проблема. Да, твой отец мне уже объяснил в чем загвоздка. Ничего, на крайний случай пленим кого-нибудь из риорканцев. Возможно, даже твоего Кирсана. Пусть питает артефакт, только на нашей стороне.

Венди вспомнила каменный мешок, в котором держали рыжего огненного мага. И принца Тевейрана, с поразительным спокойствием рассуждавшего о том, что обречен провести остаток жизни, опутанный проводами и подсоединенный к артефакту. Неужели Кирсану грозит то же самое? Это, конечно, лучше, чем смерть… но ненамного.

— Неужели невозможно преодолеть старые обиды? Просто начать все заново, с чистого листа? — тоскливо поинтересовалась Венделин. Вопрос адресовался не матери, но Ивола строго нахмурилась.

— Наивная! Ты думаешь, если бы тебя поймали там, в Риоркане, запросто отпустили бы? — язвительно спросила она.

— Меня не просто отпустили, а еще и просили прилетать еще! — запальчиво воскликнула Венди. — Я же рассказывала про мастера теней, который меня допрашивал. Как видишь, я тут, живая и здоровая.

— Да, я помню эту часть, но я… не поверила, — призналась Ивола, озадаченно глядя на дочь. — Они, похоже, за годы мирной жизни вконец отупели.

— Не говори так! — взвилась Венделин, чем еще больше шокировала мать. Она никогда прежде не видела, чтобы дочь с таким энтузиазмом защищала свое мнение. Да, Венди сбегала, нарушала запреты, но втихаря, никогда не противостоя в открытую.