Его темная целительница (СИ)

– Вот видишь, какой интересный опыт, – подмигнул Валентайн, снова возвращаясь к облику беззаботного студента.

– Что с тобой не так? – спросила я в лоб, заставив мага кинуть на меня странный взгляд.

Зеленые глаза на долю мгновения вспыхнули, и снова все стало как прежде.

– А что со мной не так, Николетта?

За этим тихим, обманчиво-мягким голосом скрывалась если не угроза, то предупреждение. Не лезь, куда тебя не просят, маленькая целительница. Секреты темных магов – это не лучший способ выживания в нашем жестоком мире.

– Ничего, – ответила я, отвернувшись, – мне показалось.

Валентайн удовлетворенно кивнул, и до деканата мы дошли уже в тишине. Там мне выдали расписание последнего курса факультета некромантии, от содержания которого мне стало дурно, а также сообщили, что с завтрашнего дня госпожа лекарь будет ждать меня ежедневно с семи до девяти для осмотра пациентов.

Не знаю, почему мое выражение сильно впечатленного лица было отнесено не к расписанию, а к лазарету, но секретарь декана тут же кинулась меня успокаивать, какие темные маги живучие, и что работы-то почти и нет.

Если это такое же «нет», как у Анны, то я поселюсь в лазарете, прям на какой-нибудь из коек.

13

– Я вот чего не понимаю, – задумчиво спросила я вечером того же дня, вытряхивая себя из жизнерадостно-зеленого платья, – если вы так страстно ненавидите светлых, зачем вам целитель? Хороший лекарь может сделать все то же самое, что и я.

Анна, слегка серого оттенка, уже лежала в кровати. В комнате слабо горел магический светильник, из-под входной двери пробивался свет общего коридора и какой-то подозрительный шум. Моя фантазия отказывала в попытках понять, что там ходит, шкребется и чавкает, и я решила, что как настоящая леди буду игнорировать очевидное. Один из тех немногих приемов этикета, что так меня веселил и радовал. Встретила заливающуюся слезами леди? Расколотила в гостях семейную реликвию? Кто-то у тебя в гостях расколотил твою реликвию? ИГНОРИРУЙ!

Хмыкнув, от воспоминаний, я подошла к Анне и приложила ладонь к раненому плечу. Немного магии, немного лекарской хитрости и щеки девушки приобрели приличный оттенок. Не розовый, но и не цвета дорожной пыли.

– Ректор пытается привить молодежи новый взгляд на жизнь, – усмехнулась Анна, прикрыв глаза.

– И как? Успешно? – я улеглась на свою узкую койку, мгновенно показавшуюся мне самой лучшей периной в жизни. Даже лучше герцогских подушек, честно.

– Ну, ты же здесь, – зевнула девушка и отрубилась.

И ведь не поспоришь! Впрочем, спорить я не собиралась. Я собиралась спать и отсыпаться.

Утро следующего дня прошло в какой-то бестолковой суете. Будильник у Анны пищал, визжал и царапался (да, царапался), пока мы обе не продрали глаза.