Его выбор (СИ)

А что может быть выгоднее денег, да? Один продался, почему бы не продаться остальным?

Франклин даже не скрываясь презрительно скривился. Ну да, этот сюда пришел явно не за деньгами. Он ими подтираться может. Но он тут не один.

— Вот вам новое испытание, — проговорила я медленно, чувствуя небывалый прилив вдохновения и транжирства: — Испытания деньгами. Я дам вам столько денег или иных финансовых благ, сколько захотите. Кто берет деньги — выбывает из отбора.

Парни молчали, хотя на лицах Рейнарда и Франклина явственно читалось «Ну, удиви нас». И у меня было чем.

— Франклин, — я посмотрела на свою первую и очень неудачную любовь. — Есть одно не разработанное месторождение алроса. Хочешь, компания твоего отца получит право на добычу?

Парень закатил глаза:

— Матушка-руда, Демира, если бы я хотел добывать алрос, я бы его уже добывал. Нет и нет.

— А если к алросу добавить еще какой-нибудь золотой рудничок? — прищурилась я.

— Даже портальной арки мало, — пропел Франклин.

— Ладно, — усмехнулась я и посмотрела на Рейнарда.

— Даже не начинай, — прервал меня парень.

— Серьезно? Может у меня предложение, от которого ты не сможешь отказаться?

— Если это не твоя вечна любовь, не принимается.

— Уверен? — прищурилась я. — Оно позволит быть независимым от рода, от матриарха…

— Хотел бы быть независимым от рода и матриарха — пришел бы к тебе за протекцией, — парировал Рейнард. — Или даже лучше к Кириону.

Я хмыкнула и посмотрела на Натаниэля. Даян, конечно, начал трясти Родовую канцелярию, но пока были дела более важные и интересный, и перебирать архивы чужих родов в них точно не входило. Поэтому я исходила из гипотезы, что стоящий передо мной музыкант был каким-то очень провинившимся сыном малой ветви какого-нибудь рода, сбежавший от ответственности или за приключениями.

— Натаниэль, как на счет титула? И, например, двух деревенек? С общим годовым доходом в пятьдесят тысяч золотых.

И тут я попала, что называется, в самое яблочко. Это было видно по расширившимся зрачкам музыканта, по чуть дрогнувшим уголкам губ. Но он торговался, он хотел еще.

— Три деревеньки и сто тысяч?

Натаниэль облизал губы. Да у вас аппетиты, юноша!

— Пять деревенек и двести тысяч. Последнее предложение, — я улыбнулась, видя воочию как жадность победила амбиции.

И в гулкой тишине зала раздался мелодичный, чуть взволнованный голос музыканта.

— Я… я согласен.

Глава 33

Подпирая стену у кабинета принцессы, Вальтер день за днем наблюдал за Демирой. За тем, как она работала, как гоняла чинуш, как раздавала поручения, за которых драла в три шкуры. Как отчаянно старалась сделать мир Железа лучше. Такой рядом муж нужен не для ширмы. И не для выхода в свет. И даже не для рождения наследницы. Ей нужен помощник, ей нужен защитник.