Его звезда
Жизнь всегда делится на До и После. Хочешь или нет, но порой тебя разворачивают на 180 градусов, все привычное меняется и становится неизвестным. В жизни До у меня было все: любящие родители, богатство, роскошь, гламурные подруги, ухажеры. В жизни После у меня ничего не осталось от беззаботного прошлого, даже собственная жизнь оказывается в руках человека, которого позже полюбила всей душой. Только между нами много "но".
Ставлю чашку на стол, усмехаюсь. Перекрещиваемся взглядами, секунду рассматриваю ее. Ей бы время подрасти, обрасти броней, станет прекрасной бизнесвумен, стержень в этой малышке есть, правда, об этом она еще сама не знает.
— Я даже не вариант, Стелла.
* * *— Вы шутите? — откидываю от себя бумаги, будто они пропитаны ядом, который мгновенно проникнет в организм и отравит за считанные минуты.
— Это воля Станислава Сергеевича, последние месяцы его прессинговали, когда компания выиграла тендер на строительство коттеджного поселка в области.
— Вы хотите сказать, что авария может быть совсем не случайностью? — смотрю на юриста Савицкого, тот нервно поправляет свои очки в золотой оправе. О том, что все может быть спланированным, продуманным планом конкурентов, я ночью размышлял на эту тему. Возможно, хотели убрать Савицкого, а мой дядя случайно оказался в машине. Одного убили, другой погиб.
Юрист нервничает, он ведь не знает, чего от меня ждать, тем более все свои эмоции держу под контролем, даже голос не повышаю, сиди и гадай, что в моей голове творится. А в моей голове хаос, который нужно было срочно привести в порядок, разложить по полочкам.
— Я не могу утверждать, ведется следствие, — мужчина достает платок из внутреннего кармана и вытирает вспотевший лоб.
— Понятно, я, к сожалению, не могу принять на себя обязательства, которые возложил на меня Станислав Сергеевич. Есть еще варианты?
— Нет. Насколько мне известно, ваш дядя полностью поддерживал Савицкого.
— Только меня забыли спросить, хочу ли я ввязываться в их дела или нет.
— Эмин Исмаилович, если вы откажетесь, компанию растащат на маленькие кусочки, и в итоге Стелла останется ни с чем. Она может лишиться всего, что имеет, к чему привыкла с молоком матери.
— Давайте без пафоса, — резко обрываю адвоката, беря вновь бумаги. — Хорошо, допустим я бизнес возьму на себя, что мне делать с самой Стеллой? Я не могу находиться в Москве все время, ее нельзя оставлять одну в столице. Замкнутый круг.
— Вы можете забрать ее в Грозный.
— У вас отличное чувство юмора, Захар Генрихович, — делаю ироничный комплимент юристу, просматривая пункты доверенности, о ведении дел компании на свое имя.
— Я не шучу, — смотрю на мужчину поверх документа, он сглатывает, судорожно оттягивает воротник рубашки в сторону. — Вы же не оставите девушку одну, без покровительства? Понимаете, Эмин Исмаилович, как только партнеры, конкуренты, враги прознают, что Савицкая осталась одна, единственная наследница, все направят своих сынков в этот дом, некоторые могут и сами заявится в качестве соискателей на ее руку.














