Эхо вины

Она просто не могла дождаться воскресенья.

Клара вздохнула, вспомнив, какой радостно-возбужденной была ее девочка в тот роковой день. На лице Рейчел было написано страстное воодушевление, и именно такой Клара особенно любила свою дочь.

– Какой такой священник? – спросил Кен, наморщив лоб.

– Разве вы не знаете? Из Лондона должен был приехать священник со слайдами про… про Индию, насколько я помню. Рейчел с нетерпением ожидала, когда она наконец увидит эти слайды.

– Странно, – высказался Кен. – Об этом мне никто ничего не сообщал. Никаких священников со стороны мы не приглашали и никаких показов слайдов не планировали.

Обычно Дон всегда обговаривает такие вещи со мной.

– Как же так? Рейчел совершенно определенно говорила мне об этом. Точно! Я спросила ее, почему она вся трясется от радости, а она… Рейчел была неравнодушная девочка, понимаете? Она интересовалась всем новым… всем…

И вот теперь Клара тихонько заплакала. Но это были пока всего лишь умеренные, скупые слезы.

«Рейчел! Ах, моя Рейчел! Если бы я могла снова обнять тебя, услышать твой смех, заглянуть в твои сияющие глазки, поглядеть на твои веснушки, почувствовать твою горячую щеку рядом с моей щекой.

Прожить с тобой вместе хотя бы еще один денек!»"

"– Клара, я понимаю, что говорю это, может быть, не в самый подходящий момент, но вам надо заняться этим делом! – твердо заявил Кен, задумчиво обводя взглядом пространство. – Я почти на сто процентов уверен, что никаких показов и приглашения священника из Лондона Доном даже не планировалось. Ни на то воскресенье, ни на какое-либо из ближайших. Дональд Эшер ни словом не обмолвился о какой-либо лекции со слайдами.

Но я сомневаюсь, что Рейчел могла что-то напутать или придумать… Так это дело оставлять нельзя.

Клара подняла голову. Слезы высохли сами по себе – время настоящих рыданий еще не пришло.

– Разве теперь это имеет какое-то значение? – тихо спросила она.

– Конечно, имеет! Вся эта история со слайдами мне не нравится. А вдруг это как-то связано с гибелью Рейчел? Я сам наведу справки. Прежде всего я поговорю с Доном, затем нам надо связаться с полицией. Клара, ведь вы хотите, чтобы схватили того подонка, который сотворил такое с вашей дочерью? А что он сделал с вами!

Она кивнула.

Желание добиться справедливости еще не проснулось в ней. В том океане боли, по которому ее носило, спасительных соломинок пока не предвиделось. Бороться за правду у нее еще не было сил.

Ее гость чувствовал это.

– Чем я могу вам помочь, Клара? – сочувственно спросил Кен. – Хотите, помолимся вместе?

– Нет, – выдохнула она.

Больше никогда в жизни она не будет молиться.