Эхо вины

Он напрашивается на общение с ними, выстраивает для них какую-то заманчивую перспективу, и они идут за ним сами, не привлекая при этом особого внимания. Этот преступник планирует свои шаги и действует очень осмотрительно.

Бейкер на короткое время задумался.

– Ким не рассказывала вам о каком-нибудь новом друге или добром незнакомце?

– Нет. Совершенно точно, не рассказывала.

– И тем не менее я поговорю с ее подружками, – заметил Бейкер. – Маленькие девочки часто доверяют сверстницам гораздо больше, чем родителям. Вы можете дать мне телефоны подружек Ким, миссис Квентин?

– Да, конечно, – сказала Вирджиния, вставая.

Возвращаясь из другой комнаты со списком телефонных номеров, она слышала, как Фредерик сказал:

– Обязательно проверьте Натана Мура, господин следователь. Темная лошадка! Вы, наверное, подумаете, что я по понятным причинам питаю к нему враждебные чувства, но уверяю вас, что этот человек был неприятен мне задолго до того, как он… заинтересовался моей женой.

– Натан Мур у меня сейчас главный подозреваемый, – заверил его Бейкер.

Когда следователь ушел, Вирджиния окатила Фредерика гневным взглядом.

– Нет, я, конечно, согласна с тем, что Натана необходимо проверить, но вовсе не обязательно заранее очернять его перед полицией!

Фредерик осторожно затворил входную дверь:

– Я никого не очернял. Я просто сказал то, что думаю. На карту поставлена жизнь моей дочери, и поэтому я не стал умалчивать о чем-либо лишь потому, что это, видите ли, оскорбляет твои чувства.

– Он не имеет никакого отношения к пропаже Ким!

– Но при этом он как нельзя лучше подходит под известный образец. Разве не так? Новый приятный человек в жизни Ким… В его машину она села бы безо всяких опасений!

– Ему не нужна была Ким!

– Нет, просто на сей раз он поступает еще осторожней.

– Что ты несешь! – завизжала Вирджиния.

Она взбежала по лестнице наверх, влетела в свою спальню и с треском захлопнула за собой дверь. Потом опустилась на колени рядом со своей кроватью. Сквозь слезы она глядела на личико дочери, которое улыбалось ей из серебряной рамки, стоявшей на тумбочке. Милое, любимое личико. Вирджиния уронила голову на покрывало и зарыдала, не в силах противостоять неслыханной боли.

3

Ближе к обеду к ним в дом пришли Джек и Грейс. Женщина терла заплаканные глаза и выглядела так, словно у нее все еще был жар. Увидев Вирджинию, она снова разревелась.

– Я не могу простить себе того, что я приехала в школу на пятнадцать минут позже, – частила она.

– Хватит вам упрекать себя, Грейс, – стал успокаивать ее Фредерик, прежде чем Вирджиния смогла вымолвить хоть слово. – Промах допустили мы, и вашей вины тут нет.

Услышав эти слова, Вирджиния не смогла сдержаться.