Эхо вины

– Где находится Ким Квентин? Что ты сделал с Ким Квентин?!

Впервые в глазах Уолкера промелькнуло волнение.

– Ким? Я не причинил вреда Ким! Что вы!

– А другим детям? Саре Алби и Рейчел Каннингэм?

– С этими девочками я не знаком.

– Где ты был в воскресенье двадцать седьмого августа?

– Не помню.

– Разве ты не ходишь каждое воскресенье с приятелем в одно и то же кафе?

Глаза Уолкера снова сверкнули.

– Хожу.

– Значит, и в то воскресенье ты ходил туда?

– Может быть. Но точно сказать не могу.

Я хожу туда не каждое воскресенье.

– Вот как? Но ты только что говорил совершенно обратное!

– Это вы говорили.

– А ты подтвердил!

– Я не понимаю, чего вы от меня хотите, – устало сказал Уолкер. На его лбу выступили крупные капли пота. Чтобы отвезти Квентинов на кладбище, он оделся подобающим образом, в костюм и галстук, то есть слишком тепло для погожего денька бабьего лета.

– Чего я хочу от тебя, Уолкер? А ты еще не понял? Я хочу, чтобы ты признал, что в первой половине дня двадцать седьмого августа заманил Рейчел Каннингэм в глухое место, тупик Чепмен.

Там она села в твою машину, и ты увез ее подальше и изнасиловал, а потом убил. Позже ты подбросил ее труп в Сандрингэм.

Бейкер уловил, что при упоминании тупика Чепмен на лице Уолкера дрогнули мускулы. Он явно не рассчитывал на то, что полиции известно место его встречи с жертвой.

– Впервые ты заговорил с Рейчел Каннингэм шестого августа, в воскресенье, – продолжал Бейкер.

 – Ты увидел ее рядом с церковью в Гэйвуде. Я уверен в том, что если мы опубликуем твое фото в газетах, то обязательно найдутся люди, которые видели тебя в то время у церкви."

"Уолкер молчал, обливаясь потом. Бейкер поставил свой стул так, чтобы сидеть прямо напротив подозреваемого, и сверлил Джека взглядом.

– Послушай, Уолкер, – сказал он вдруг чуть помягче. – В розыске находится ребенок. Семилетняя девочка, Ким Квентин. Полицейские с собаками прочесали практически все окрестности Кингс-Линна, но трупа пока так и не нашли.

Может быть, это означает, что Ким еще жива, я не знаю. Может быть, тебе известно, где она находится? И если ты знаешь это, но промолчишь, то она умрет. От голода, от жажды… – Бейкер сделал небольшую паузу. – Знаешь что я тебе скажу, Уолкер? – понизил он голос. – Мы доконаем тебя. Сейчас ты стоишь одной ногой в тюрьме и прекрасно понимаешь это.