Его звали Тони. Книга 1

Пирожков, — заскользил я взглядом по витрине, где был выложен товар.

— Пирожков купить? Ты же дарг, япь! Вы свежатину жрёте, водой из лужи запиваете и дальше убивать. Нахрена тебе пирожки?

Интересный взгляд со стороны. Надеюсь основанный на бытовом шовинизме, а не реальных фактах.

— Есть хочется. И кофе было бы неплохо. С чем пирожки у вас кстати? — поинтересовался я, наконец вспомнив, где видел фразу на вывеске.

Ствол помповика немного опустился. А я заметил, что левая рука женщины поблёскивает металлом. Да нет — не поблёскивает.

Она целиком из него сделана. Ни хрена себе у них тут протезирование. Хотя, после космодесантников такому наверное можно не удивляться.

— С капустой есть. И с яйцами пять штук осталось. Ещё с мясом на подходе, но они по двадцать копеек, — на прицеле она меня держать продолжала, направив ствол в область живота. Но контакт вроде налаживался.

Я же поморщился, заставив собеседницу снова прицелиться мне в лицо. Ценники на витрине тоже были. Если пирожок с мясом обойдётся мне в двадцать копеек, остальные стоили по пятнадцать.

Полтора рубля — десять пирожков. А ещё кофе ведь хочется.

Но делать было нечего — жрать хотелось так, что искать альтернативу я не собирался.

— Что по кофе? И мясо какое в пирожках? — с лёгким подозрением поинтересовался я.

— Курятина. Или ты из тех умников, что сейчас начнуть втирать мне дичь про человечину? А может наоборот, её и ищешь? — палец женщины лёг на спусковой крючок.

Выбор названия не внушал железобетонного доверия. Но намёк на тему каннибализма, она восприняла с такой агрессией, что я решил рискнуть.

— Четыре с яйцами. Столько же с мясом. А на сдачу кофе, — развернул лист лопуха, я шагнул ближе к прилавку, высыпая на него монеты.

Отступившая была назад женщина, после короткой паузы, убрала помповик. Ловко пересчитав монеты, подняла на меня глаза.

— Кофе только три в одном и стоит он тридцать копеек, а не десять.

В её взгляде читался немой вопрос. В моём — лютый голод и желание кофе. Спустя десять секунд гляделок, второе победило.

— Хрен с тобой, орясина. Будет тебе кофе.

Но двадцать копеек потом занесёшь, — тон у неё был недовольный, но главное ведь результат, верно?

Да и ружьё она убрала под прилавок, наконец принявшись доставать пирожки. Наблюдая за процессом, я сглотнул набежавшую слюну. И пытаясь отвлечься, задал самый дурацкий вопрос из всех, что крутились где-то на задворках разума.

— А почему тут так морем пахнет?

Глава III

Женщина, которая уже выкладывала на блюдо пирожки, на момент прервалась. Посмотрев на меня, как на полного идиота.