Страстное желание

Принадлежали друг другу. Это видно во всем, что вы говорите и делаете. По реакциям сознательным и бессознательным.

— И нам надо достигнуть подобного уровня фамильярности?

Почему она сомневается?

— Да. Я буду трогать тебя, и все вокруг должны думать, что именно так я касаюсь тебя в постели. Я буду искать в твоих глазах и на твоем лице то же выражение, которое видел в них, когда наши тела были слиты в одно в постели.

Он знал, что его слова звучат не Менее соблазнительно, чем его ласки.

— Я не хочу этого.

Он пробежал пальцами по краю ее бюстгальтера, и дыхание Кэт стало прерывистым.

Гейб наклонился и захватил розовый сосок зубами через тонкую черную ткань. Кэт протяжно застонала, пробуждая в нем еще более сильное желание идти дальше. Запуская пальцы в чашечки бюстгальтера, он освободил наконец мягкую, податливую плоть.

Ее грудь была еще более красивой, чем он ее помнил. Округлой и упругой, с сосками цвета спелого персика. Больше всего на свете ему хотелось попробовать этот фрукт на вкус. Но он не успел, потому что раздался стук в дверь.

— Мистер Моретти? Обед готов.

Кэт застыла, словно приходя в себя.

— Что мы делаем?

— По-моему, это называется прелюдия.

 — Он опустил взгляд вниз. — Аперитив.

— Уже нет. — Она надела бюстгальтер. — Пожалуйста, слезь с меня.

— Аперитива не будет? — Она просто посмотрела на него, и он вздохнул. — Видимо, десерт в меню тоже не предусмотрен.

— Я не ем десерты.

Гейб усмехнулся:

— Я бы твой съел.

— Мы ведь не о еде говорим?"

"Гейб последний раз посмотрел на ее грудь.

— Зависит от того, что у тебя на уме. — Он встал и протянул ей руку. К немалому удивлению, она не отказалась. — Похоже, тебе снова надо освежиться.

— А смысл?

— В этом ты права. — Он пробежался пальцами по ее волосам, приводя их в порядок, а Кэт застегнула пуговицы. — Кстати, мне гораздо больше нравится, когда они распущены. Ты становишься более живой.

— Более живой? По сравнению с кем?

— С кем-то нереальным. Отстраненным. Неприкасаемым и невинным. — Гейб слегка одернул полу ее пиджака, с удивлением обнаружив, что пуговицы застегнуты неправильно. Стоит об этом сказать. Или не стоит. Особенно учитывая то, что теперь она стала еще более живой. — А мы оба знаем, что ты не такая.

— Ты ведь так много обо мне знаешь!

— Поверь мне, достаточно.

Пойдем?

— Я бы вернулась в отель. Я все еще не привыкла к разнице во времени.

Он обвил руку вокруг ее талии:

— Тебе станет легче после обеда. Дэнис отличный повар. Уверен, ты с удовольствием попробуешь его шедевры, прежде чем я отвезу тебя домой.

Они прошли в небольшую столовую, окна которой выходили на лужайку перед озером. Казалось, панорама подействовала на Кэт умиротворяюще.

— Нравится? — спросил Гейб.

— А может быть иначе?

Джессе не нравилось.