Эйва. Дочь северного ветра

— Ты её совсем разбалуешь, — хмыкнула Давина, устраиваясь рядом, пояснила, — кримерия растёт высоко в горах и добраться до неё не так просто, я бы сказала очень опасно. Стэнн два дня ворчал на вождя, говорил, что он поступает безрассудно, решив забраться так высоко. Но тот, кто сумел достать этот редкий цветок, даря его, признаётся девушке в любви, равной любви самих Вхагара и Тейрии.

— Я не знала, — просипела, от вдруг охватившего меня страха за мужа, пребывая в странных ощущениях одновременно злости из-за безумного поступка Агнара и всепоглощающей теплоты и нежности к этому мужчине.

— Тоже не ведала, пока не услышала ворчание Стэнна, — произнесла Давина, нетерпеливо поёрзав, попросила, — покажи кимерию, очень хочется взглянуть на этот цветок, что дарил Вхагар своей возлюбленной.

— Конечно, идём, — невольно улыбнулась женщине, — они в комнате и раз ты, наконец, пришла, я покажу тебе ванную, о которой мы с тобой говорили.

Через час, провожая впечатлившую женщину к выходу, слушая, как Давина перестроит покои у себя в доме, где разместит ванную комнату. И что ей тоже нужен такой же шкаф и вешалки. Погладив по голове Льяль, которая с восторгом разглядывала тряпичную куклу, сшитую по моему эскизу рукодельницей Иде. Я мысленно сочувствовала Стэнну, ведь ему только ещё предстоит познать весь кошмар перестановки. То, что поведала мне подруга, он выдержал при её появлении, это ещё цветочки.

— Диса ужин подан, вождь будет? — Спросила Тира, стоило мне возвратиться в покои.

— Нет, сказал, что вернётся только ближе к полуночи, — проговорила, невидяще уставившись перед собой, — я тоже пока не хочу есть.

— Может, хоть отвару?

— Отвару можно, — рассеянно кивнула, выводя пальцем невидимые круги, думая о муже, о его безрассудном поступке, не уверенная, что решилась бы на подобное ради него. Я всегда была слишком практична для таких импульсивных действий."

"Спать укладывалась одна, Агнар иногда возвращался поздно, а порой и вовсе приходил на следующий день, задержавшись на обходе. Обычно я не волновалась, но сегодня стоило подумать о муже, как моё сердце замирало от страха, чтобы тут же пуститься с бешеный вскачь. Проворочавшись около часа в кровати, измученная бессонницей и тревогой, раздражённо поднялась, подошла к окну, с изумлением замерла, затаив дыхание, слушала щелчки падающих с крыш капель.

— Весна… и что она принесёт племени Кархайг…

Глава 41

Глава 41

— Эмм… — невнятно пробормотала, проснувшись от приятной щекотки, лениво перевернувшись набок, перекинула ногу на мужа, обняла, так чтобы сразу не успел сбежать, сурово сдвинув брови, проговорила, — ты просто вынуждаешь меня привязать тебя к кровати.