Эксклюзивный грех

Она вдруг поймала себя на странной мысли: пусть в подземелье мерзко, пусть на душе тоска, но когда рядом Дима – она не боится даже кромешной темноты и подвальных крыс…

""Ну и дура”, – ответила себе Надя фразой из любимого фильма “Джентльмены удачи”.

…Архив нашелся внезапно. Дима с Надей гуськом прошли по совсем уж узкому, смурному коридору и уткнулись в дверь. Тусклая лампочка высветила пузатые бронзовые буквы: “АРХИВЪ” – именно так, с твердым знаком.

– Девятнадцатый век? – пробормотал Дима и распахнул врата.

Прошлое продолжалось. Прямо против двери стоял стол – неприступный, массивный, кажется, красного дерева.

Сбоку, отбрасывая неровный свет, помещалась совсем уж старинная зеленая лампа. А навстречу им поднималась дама. Выглядела она необычно – Надя аж глазами захлопала: высокая прическа, маленькие очки, похожие на пенсне, блузка с рукавами-колоколами, юбка – похоже, что на турнюре. И не старуха – лет, наверное, пятидесяти. Живая иллюстрация к Чехову или Лескову. Только корсета не хватает… А может, она и носит корсет? Талия вон какая стройная.

Надя растерянно затопталась на пороге.

Дима оставил ее, решительно шагнул к архивной даме, приложился к ручке. Та приняла галантность как должное. С достоинством произнесла:

– Прошу садиться. Степан Степанович мне уже позвонил.

Когда они расселись, архивная дама с достоинством произнесла:

– Меня зовут Анастасия Андреевна. Я вас слушаю. Надя перевела взгляд с антикварного стола на бесконечные, уходящие в перспективу стеллажи. С наслаждением вдохнула такой привычный запах лежалой бумаги. Медкарты, оказывается, пахнут немного не так, как книги! Бумажный аромат поликлиники более резок, чем в библиотеке.

В нем проступает запах чернил и, кажется, рентгеновской пленки.

Дима, подобравшийся, с прямой спиной – ни дать ни взять, гусар на великосветском приеме, – повторил уже рассказанную главврачу легенду о сравнении болезней.

– К вашим услугам, – вежливо кивнула хозяйка архива.

Надя не удержалась, встряла:

– У вас тут как в музее. Ваш стол, и одежда, и лампа – это все старинное, да?

Дима метнул на Надю сердитый взгляд – чего, мол, лезешь со всякими глупостями? Но Анастасия Андреевна не обиделась.

Тонко усмехнулась в ответ:

– Здесь все-таки – архив. Собрание отслуживших свое документов. Такому заведению полагается, на мой взгляд, особый антураж. А одежда… – она улыбнулась, и в глазах ее Надя увидела застенчивость восемнадцатилетней курсистки, – это так.., маленькая блажь… Но давайте к делу.

– Давайте, – охотно согласился Дима. Надя вздохнула. Отчего-то ей совсем не хотелось беспокоить строгий порядок на стеллажах. Анастасия Андреевна тоже не спешила запускать Полуянова в святая святых.