Экспедиция. Туда, но не обратно (СИ)

Она не любила вроде бы неплохого парня, преподававшего уже в университете, но он стал ее первым, да и Лида была уверена, что сможет затащить Колю в ЗАГС, но вот так, отдаться через несколько часов, как занималась любовью с другим… Она себя ненавидела."

"Потом, как себя Лида не сдерживала, но постоянно подначивала Игоря, и старалась как-то ужалить своими колкостями и Свету, его новую пассию, но те также в карман за словом не лезли, а чаще просто и не реагировали на нападки, раздражая Лиду своим счастьем. Девушка не могла объяснить себе, насколько на ее психику повлияло нападение волков, смерть студентов, героическая гибель ее кумира — Анны Кондратьевны, перенос в прошлое, потом еще и смерть Николая — единственного плеча, пусть и трусливому, слабому, но ее плеча, к которому она могла прислониться и, ничего не объясняя, поплакать.

Эти события уже были как в тумане уже начавшегося помутнения.

Лида работала, хорошо работала, она понимала, что должна работать, нельзя показывать свою слабость, иначе она вообще будет не нужна никому, или как другие девчонки-плаксы, которые ничего не умеют и в перерывах изнурительной работы украдкой плачут.

Тем более, что был шанс, что либо Света, либо Игорь будут убиты во время сражения, больше Лида надеялась на смерть соперницы.

Теперь же комсомолка и материалистка с восторгом и внутренним трепетом взирала на то, как под монотонное, завораживающее пение подымается пятиметровый идол божка, имя которого Лида даже не помнила, но это состояние ей понравилась. К черту весь этот материализм, коммунизм и все прочее, вот она, сущность, воплощенная в дереве, которая перенесла ее в этот мир, и для нее теперь ее свое предназначение.

Какое? Вот сущность и подскажет, но она не серая мышь, она не может быть никем.

* * *

Подходить по воде прямо к месту, где располагался временный лагерь разбойников Снора, было бы глупостью несусветной. Пришлось на повороте Днепра оставить драккар и вытаскивать его на пологий берег. Потом маскировать хотя бы ветками.

Оставлять больше трех человек на охране корабля было бы не рационально. Если получится, большим стечением обстоятельств, нарваться на какую-нибудь силу, обнаружившуюся на реке, то отбиться может быть сложно и вдесятером, а вот взять лагерь варягов половиной отряда с предполагаемым противником в больше двадцати рыл, это много крови, крови поселенцев.

Избежать же не то что погибших, но и трехсотых для Рога, который был условно командующий в этом мероприятии, было нельзя. Горыня же на совещании был настроен на потери, он не представлял, как можно добиться чистой победы, с ним были солидарны Вран и Бойко.