Эксперимент

Кстати, я только сейчас понял, что у меня что-то в спине хрустнуло, пока я нес тебя. Ты мне массаж должна.

– Бегу и падаю. Слушай, это несерьезно, ну реально. У меня вообще-то дела.

– Какие? Шастать в проблядушном наряде по улице и садиться в машину к мужикам? – ну наконец-то!

– К мужику. Причем хорошо знакомому прекрасному мужику. Я давно знаю Сашу, он классн…

– Не старайся, – резко прерывает меня, не дав договорить.

– Что?

– Вызвать во мне ревность, – ухмыльнувшись произносит Слава. И опять эта его долбаная улыбка, из-за которой у меня вся живность слетается в животе.

Бабочки нервно курят в стороне."

"– И не думала. Я такой банальщиной не занимаюсь. Ты меня сам прервал, я всего лишь хотела сказать, что я давным-давно знаю Сашу, он хороший знакомый моего брата. А так Миша не смог меня забрать, и попросил приехать его, – дебилка. Надо было намекнуть на то, что он давно в меня влюблен.

– Вот удивительная ты девушка, Наташка. Могла сказать что-то более цепляющее, например: Сашка классный и давно в меня втюрился, но мой брат не разрешает нам встречаться. Но Санек не оставляет попыток добиться моего расположения и трахнуть меня во всех мыслимых и немыслимых позах, вот и решил меня подвезти, – жаль.

Очень жаль, что у меня нет ни молотка, ни гвоздей.

– Ты тоже удивительный мужик, Славик. Взял и извинился, не дав мне повода забить тысячу гвоздей в твои предпенсионные кубики.

– О, Натаха проснулась. Скучал по тебе, дорогуля, – ну круто. Сейчас я уже почти проглатываю «Наташку» и «Натаху», а что дальше? Тотальное попадалово. Может, и правильно поступал мой брат, не влюбляясь ни в кого. – Куда?! – слышу громкий возглас Архангельского, когда я собираюсь откусить вторую шаверму.

– Э-э-э… в рот.

– А в нос не хочешь?

– В смысле?

– То есть тебя не смущает, что нас двое?

– И?

– Вторая шаверма для кого?

– Для растущего организма. То есть для меня, – молчит. И вроде максимально серьезный, но чувствую, что хочет улыбнуться. – Ясно, вторая – для твоего уже переросшего. Ну так, тебе для справки. Я по три штуки ем.

– Так, для справки, там лук и чеснок, – парирует в ответ. – Вонять, так вдвоем. Дай хоть откушу, – нехотя протягиваю ему шаверму, и он… кусает. Точнее, откусывает половину!

– Выдающийся у вас рот, Вячеслав Викторович.

Откусить всю курицу и оставить мне соус с ошметками – это прям мощно.

Тщательно прожевав, он поворачивается ко мне и снова откусывает шаверму. Ну, круто.

– Вот теперь остались ошметки курицы. Доедай, – улыбаясь, произносит Слава. – Вкусно, – смотрю на остатки лаваша в руке и желание размазать соус по его щетинистой морде превалирует над здравым смыслом. Ну и ладно, что он мне за это сделает?

– Только посмей. Я тебе жопу потом отобью, – угрожающе цедит Слава.