Связанные ненавистью
Когда Джианна увидела, как ее сестра Ария выходит замуж за человека, которого она едва знала, она пообещала себе, что не позволит, чтобы с ней случилось то же самое. Маттео - охотник - Витиелло обратил свой взор на Джианну в тот момент, когда увидел ее на свадьбе своего брата Луки. И Рокко Скудери более чем готов отдать ему свою дочь, но Джианна не намерена выходить замуж по какой-либо другой причине, кроме как любовь. За несколько месяцев до свадьбы Джианна сбегает от своих телохранителей и пропадает. У нее достаточно денег, чтобы сбежать в Европу и начать новую жизнь. Но оставаться незамеченной, когда толпа ищет ее, это вызов, который она принимает, тем более, что один из их лучших охотников и убийц преследует ее: Маттео Витьелло. После шести месяцев в бегах Джианна, наконец, устраивается в Мюнхене, но затем Маттео и пара солдат ее отца находят ее с другим мужчиной. Несмотря на ее мольбы, они убивают ее парня, и Джианна вынуждена выйти замуж за Маттео. Ее эмоции чередуются между виной за то, что она втянула невинного в свой мир и ненавистью к Маттео. Джианна полна решимости сделать жизнь мужа адом. Но Маттео мастер игр разума, и их борьба за власть вскоре превращается в ночи страсти, наполненные ненавистью.
Через пару минут кто-то постучал. Лука поднял руку, чтобы я не открывал. Вместо этого он пошел и впустил Ромеро. Ромеро окинул взглядом сцену перед собой, прежде чем сфокусироваться на мне.
— Ты убил его?
Я поднял руки.
— Почему это я?
Это был риторический вопрос. Я почти всегда убивал в неподходящее время.
— Потому что ты псих, — пробормотал Лука и повернулся к Ромеро. — Ты можешь сделать вид, что Бардони покончил с собой?
Мы все посмотрели на мертвого мудака, безвольно повисшего на стуле, безжизненные глаза все еще выражали удивление его ранней кончиной.
Ромеро поморщился.
— Мало кто воткнет себя ножом в голову.
— Всё когда-нибудь случается в первый раз. — я усмехнулся, но замолчал под взглядом Луки. — Да ладно тебе, — сказал я. — Это было забавно.
Губы Луки дрогнули, но он был слишком упрям, чтобы признать мою правоту. Я знал, что он был более чем рад, что я избавился от Бардони ради него.
— Обыщи комнату в поисках пистолета, который мог снести ему башку. Мне не нужны люди Бардони прямо сейчас. Я хочу, чтобы все было тихо.
— Неважно, как мы это сделаем, люди Бардони что-нибудь заподозрят. Они не поверят, что это было самоубийство. Бардони был слишком самовлюбленным, чтобы покончить с собой.
— Может быть, мне стоит надеть и на тебя чертов чип на лодыжку, — прорычал Лука. — Ты бомба замедленного действия.
Ромеро перестал рыться в ящиках стола.
— Даже если люди Бардони что-то заподозрят, они не скажут об этом вслух. Если у них нет доказательств, они не будут искать возмездия.
— Я бы на это не рассчитывал, — сказал я. — Но мы позаботимся, чтобы у них не было шанса отомстить.
— Может, тебе стоит вытащить нож из головы Бардони? Никто не поверит, что это было самоубийство с твоим клинком в подбородке, — сказал Лука."
"Я подошел к телу и медленно вытащил нож, затем быстро отступил, прежде чем кровь успела запачкать мою одежду. Я проверил свою белую рубашку на наличие пятен. Мои черные брюки и куртка лучше скрывали кровь, но, к счастью, я был чист. Чего нельзя было сказать об одежде Бардони. Рубашка и брюки быстро пропитались кровью.
Ромеро вытащил из ящика стола крупнокалиберный ""Смит-и-Вессон"".
— Это может сработать.
— Хорошо, — кивнул Лука. — Мы с Маттео вернемся на вечеринку. Подожди минут пять, прежде чем снесешь ему башку, а потом вали отсюда. Надеюсь, мы с Маттео будем здесь первыми, и в суматохе никто не заметит, что тебя нет.
Ромеро уже обдумывал, под каким углом лучше всего стрелять в Бардони, и едва отреагировал, когда мы с Лукой тихо выскользнули из комнаты и закрыли дверь. Коридор был пуст, если не считать Джианны, которая стояла в конце и выглядела встревоженной.
— Проследи, чтобы она не проговорилась, — приказал Лука. — И мы поговорим об этом гребаном деле позже.
— Не волнуйся.