Экзамены для феи
Маргарита Дюжева
На столе песочные часы, лист бумаги, потертый массивный штемпель с деревянной ручкой и перо. Больше ничего. И здесь мне предстояло провести всю ночь. Скукотень.
Я плюхнулась на стул, подперла щеку рукой и начала грустить, думая не понятно о чем. Почему-то все больше и больше мои мысли сворачивали в сторону ледяного мага. И рада бы не переключиться, да не получалось. Как заколдовал кто.
В сотый раз спрашивала себя, чего он ко мне привязался. Что это за игры такие непонятные? В последняя время куда не повернусь — везде он, или дружок его белобрысый. Впрочем, до белобрысого мне никакого дела нет, увидела, отвернулась и забыла, тотчас выкинув из головы.
Он мне нравится, что ли?
От жуткого открытия даже на месте подскочила. Этого только не хватало! Запасть на наглого мерзавца? Что может быть хуже???
* * *Пребывая в мрачных размышлениях о Джере и своем отношении к нему, я проморгала тот момент, когда появился первый «клиент».
Песочные часы, до этого не подававшие никаких признаков жизни, ожили — песчинки начали высыпаться из верхнего сосуда.
Дверь открылась и в нее бочком протиснулся худенький, плюгавенький мужичонка. В белом свободном балахоне, босиком.
— Здравствуйте! — робко проблеял он, услужливо приседая. Образ суровой бровястой женщины его явно сразил, потому что он сначала уставился на меня не дыша, потом восторженно заулыбался. Горделиво расправила плечи и нос задрала.
Да, я такая! Красотка! Не хухры-мухры.
— Присаживайтесь! — кивнула на стул и потянулась за папочкой, появившейся на столе.
Так.
— Где я? — спросил он робко, оглядываясь по сторонам.
— В Распределительной."
"И мне надо куда-то его распределить. Взяла лист, что лежал рядом и перевернула его на другую сторону. На белоснежной поверхности тут же проступили буквы. Итак, какие варианты предлагают?
Младенец.
Быстро прошлась взглядом по остальным строчкам.
О! Рыцарь! На границе с мятежными землями!
С сомнением посмотрела на мужичка. Так себе воитель, конечно.
— Скажите, — обратилась к нему с любезной улыбкой, — кем бы вы хотели стать в следующей жизни? Торговцем? Простым ребенком? Или может рыцарем?
— В следующей жизни? — он растерянно осматривал свой белый балахон, — я умер?
— Есть маленько.














